– Да нет, Александр, у них здесь за счастье родиться девочкой – есть шанс стать проституткой. Самый выгодный вид заработка, по местным понятиям, конечно. А те, кому не повезло родиться мальчиком, вынуждены делать операцию, чтобы стать женщиной, то есть, опять же, – проституткой. Так-то…
Железнов перевел взгляд на танцующих под «Money, money, money» трансвеститов… и
«– И чем ты ей можешь помочь?
– Только одним – никоим образом не напоминать ей о себе.
– Чтобы она как можно быстрее тебя забыла.
– Да.
– А что будешь делать ты?!
– Хороший вопрос…
– Сбежать бы…
– Да где это место?!
– Куда от себя убежать?!
– Поэт хренов…
– Да ладно тебе. Не отвлекайся.
– Хорошо. Ты же не будешь доказывать ей, что ты… Стоп! У нее есть все информационное поле –
– Она и приняла – «неполоманная жизнь».
– Нет в тебе чего-то такого, Железнов… Последнего штриха какого-то…
– Знать бы… Какого…»
Очнулся Железнов опять же от всеобщего хохота. «Высокий» не унимался – стоял напротив Лешки в «позиции № 1»: руки за спиной, взгляд застенчивый, второй ножкой рисовал кружочки перед собой, в общем – сама невинность, с затаенной надеждой ожидающая приглашения на первый в жизни танец. Лешка в стиле Ренаты делал пассы рукой – «Уходите… Ну уходите же… Не мучайте меня…»
К Железнову наклонилась Юлька, ее шикарные каштановые волосы накрыли всю левую половину его лица.
– Саш, забудь ты о ней…
– Ты о чем? – Железнов поднял взгляд и уперся в зеленые глазищи Юльки. «О черт…» – в этих глазах было все – все, кроме равнодушия.
– Я не понимаю тебя.
– Не надо, Саша. Ты все понимаешь. Кстати, она не такая уж и красивая.
– До определенного момента я согласился бы с тобой.
– Это до какого определенного?
– А мы с тобой говорим об одном и том же?
– Не сомневайся. Я все видела. Я видела, как ты танцевал с ней, Саша.
Сашка усмехнулся: «Черт… Как все плохо. Докатился, Железнов, женщины тебя начали успокаивать».
– Неужели ты не понимаешь, что она живет другой, совершенно другой жизнью! Что в ее кругу присутствует только расчет! Она всю жизнь будет относиться к тебе как к нищему!
– Вполне справедливо, надо отметить. Уже не будет.
– Саш, и долго ты так собираешься? Ты что, хочешь жить иллюзиями?! Да она про тебя уже забыла!
Железнов внимательно посмотрел на Юльку. «Откуда она может знать что-то?» До этого момента он ни с кем, ни с одним человеком не обсуждал свои отношения с Машей.
– Почему ты так решила?
– Да потому что ты уже два месяца как не улыбаешься. Иногда – смеешься вместе со всеми. А глаза не улыбаются… Никому. Ни разу.
– Не забыла.
Железнов увидел, как у Юльки подрагивает верхняя губа, очень красивая и не менее сексуальная, чем-то напоминающая вензель профессора Мориарти – главного врага Шерлока Холмса у Конан Дойля.
– Пока – не забыла. Но это ничего не изменит.
– Не понимаю.
– Ну, Юлька, наверное, достаточно того, что я все понимаю.
– Саш, но она же никогда не будет с тобой?
– Нет, не будет.
– Я о другом – дура она.
– Не суди, да не судима… Она мать своих детей. А ты ничего не знаешь для того, чтобы судить. Она выбрала неполоманную жизнь для своих детей, сломав свою…
– А ты?
– А мне нужно начинать другую жизнь… Чтобы иногда улыбаться.
– Я хочу быть с тобой. Давно хочу.
– Нет, если это серьезно.
– Ну почему?! Я здесь только из-за тебя.
– Видишь ли, Юлька, после падения мужчина должен подняться сам. Как птица феникс – возродиться из пепла, а не опираться на красивые, но хрупкие Юлькины плечи, – Железнов улыбнулся. – Вот когда я стану сильным, тогда и вернемся к этому разговору. Хорошо?
– Смотри, ты обещал. Я буду ждать.
Прямой эфир. Аппаратная
– Конец вопросов! – Иногда Няма бывал достаточно резок. – Сюжет два… Пошел!
На эфирном мониторе в аппаратной и на огромном экране в зале синхронно замелькали кадры из всенародно любимого «Служебного романа»: фрагмент обучения зашоренной на работе «самодуры» Людмилы Прокофьевны тигриной походке настоящей женщины со стороны продвинутой секретарши Верочки (в блестящем исполнении Алисы Фрейндлих и Лии Ахеджаковой). С экрана понеслись известные практически всем и всякому фразы:
– Встаньте-ка! Оправьтесь…
– Боюсь, что я не одолею эту науку…
– Ерунда! Голову – вперед! Грудь – вперед! Сзади – подберитесь! Спереди – в себя!
– Как?!
– Делайте, что я сказала! И пошла! На меня! Свободной походкой! От бедра…
Железнов с трудом оторвал взгляд от эфирного.
– Где вы набрались подобной пошлости?
