Он успел лишь обхватить себя руками, закрывая ими грудь, и прижать локти к бокам. Но пронзительной, жгучей боли он не почувствовал. Саллакс так и не нанес удара, способного в один миг лишить Марка жизни, хотя для этого ему нужно было сделать всего пару шагов.
Как только Саллакс отвел руку с рапирой назад, готовясь сделать выпад, Стивен открыл душу навстречу силам волшебного посоха, которые так и хлынули в нее — как и в ту ночь, когда он перебил столько серонов. И время для него снова замедлило свой бег, так что он вполне успел не только отклонить удар, направленный Марку в сердце, но и, перехватив посох, ударить им Саллакса поперек груди. Стивен чувствовал, что силы, таящиеся в посохе, так и рвутся наружу: наверное, посох с такой же готовностью убил бы Саллакса, как и воинов-серонов или того греттана.
Но Стивен совсем не хотел убивать Саллакса, он хотел ему помочь.
«Сострадание».
И он, сдерживая смертоносную магию посоха, крикнул:
— Нет, я не стану убивать тебя, Саллакс!
И тут посох все же ударил Саллакса в грудь так, что его подбросило над полом и с грохотом вышвырнуло за дверь. Пролетев по коридору, он приземлился в гостиной, разбудив наконец Гарека, который тут же вскочил и закричал:
— Что, черт возьми, тут у вас происходит?
Саллакс не отвечал; он лежал совершенно неподвижно, как мертвый, и Стивен пришел в отчаяние.
— Проклятье! Я все-таки, кажется, убил его! — Он отшвырнул посох и бросился к Саллаксу. — К чертям собачьим всю вашу магию!
Не обращая внимания на больную ногу, он присел возле недвижимого ронца, и вдруг Саллакс ожил, перевернулся на бок, и его стало буквально выворачивать наизнанку.
— Слава тебе господи! — воскликнул Стивен. — Он жив!
Марк все еще рассматривал свои грудь и живот; он был уверен, что непременно обнаружит там колотую рану, из которой льется кровь, уже насквозь пропитавшая его красный свитер.
И тут в комнату ворвалась Бринн с искаженным от ужаса лицом.
— Саллакс! — крикнула она, бросаясь к брату. — Что с тобой? Что у тебя с лицом?
Никто ей не ответил, а Саллакс, с трудом поднявшись на ноги, злобно уставился на Стивена.
— Ты что, издеваешься надо мной? Ты же меня обманул! — заорал он.
— Я же сказал, Саллакс, что не стану убивать тебя. Ни за что не стану!
— Не давай слишком поспешных обещаний, — буркнул Саллакс, направляя на него свою рапиру. — Ты понятия не имеешь, на что я способен.
Бринн повисла у него на руке.
— Саллакс, скажи мне, что случилось. — И, повернувшись к Стивену, сердито бросила: — Ты же знаешь, что он болен! Что ты ему сделал?
— Расскажи ей, — сказал Стивен, пристально глядя на Саллакса. — Расскажи своей сестре то, о чем только что рассказал нам. Ей необходимо знать это — а тебе необходимо этим с ней поделиться. Уверен, Гилмор попросил бы тебя о том же. — Стивен шагнул к нему. — Ты ведь и сам понимаешь, что он наверняка уже простил тебя.
— Простил его? За что? — Бринн требовала ответа, но ей так никто и не ответил.
Саллакс, дико вскрикнув, вдруг так оттолкнул ее, что она, не устояв на ногах, упала на пол, а он мгновенно выбежал за дверь и нырнул в лес.
Убегая, он чуть не сбил с ног Лахпа, тащившего огромную вязанку дров, способную, казалось, раздавить любого обычного человека. Серон улыбнулся Саллаксу своей кривоватой улыбкой и дружелюбно с ним поздоровался, однако улыбка тут же сползла с его лица, когда Саллакс рявкнул:
— Прочь с дороги, тварь вонючая! Получеловек! И ткнул острием рапиры ему в ляжку.
Лахп взревел и упал на землю, зажимая рану могучими ручищами. Впрочем, он быстро убедился, что рана не смертельна, схватил здоровенную валежину и что было сил ударил ею Саллакса по спине. Раздался тошнотворный треск, Саллакс пролетел вперед и ткнулся лицом в грязь. У него было сломано плечо.
Лахп басовито засмеялся, понимая, что ничего страшного с Саллаксом не сделал: тот, безусловно, остался жив, хотя больно ему некоторое время будет изрядно. Не обращая ни малейшего внимания на шум, царивший вокруг, серон осмотрел свою рану, крепко перевязал ее лоскутом, который тут же оторвал от рубахи, и стал собирать рассыпанное топливо.
Очнувшись от потрясения, Марк первым делом схватил в охапку Бринн, чтобы она не бросилась вдогонку за братом, уже исчезнувшим в чаще.
— Не ходи за ним, Бринн, — уговаривал он ее, — пока не надо. У него в голове все перепуталось. Он может сделать тебе больно... может даже убить тебя!
— Отпусти! — В голосе Бринн звучало отчаяние; она упорно пыталась вырваться из объятий Марка. — Я должна его догнать! Он болен.
— Да, болен и очень опасен, — подтвердил Марк. — Он хотел и меня своей рапирой проткнуть.
Но Бринн не слушала его. Ей все-таки удалось вырваться, и она, растолкав всех, накинулась на Лахпа, торчавшего в дверях и заслонявшего весь дверной проем целиком. Штаны его были покрыты кровавыми пятнами. Серон отстранился, давая Бринн пройти, и растерянно посмотрел ей вслед. Он даже сделал следом за ней несколько шагов к лесу и остановился, ожидая, видимо, дальнейших указаний от Стивена. А Бринн тем временем уже бежала следом за Саллаксом.
