Сегодня тот день, ради которого были все эти тренировки – 26,2 мили добровольных мучений. С помощью единорога Руби Джесси удалось добиться своей цели по сбору средств и в точности следовать плану тренировок. Пока она собирала тысячи фунтов на благотворительность, мне пришлось договориться с банком об увеличении кредитного лимита, чтобы иметь возможность поехать на марафон.
Я был уверен, что к этому времени найду работу, но большинство компаний даже не рассматривают мое резюме, не говоря уже о том, чтобы пригласить меня на собеседование. Надежды тают с каждым днем, и теперь я подаю заявки на все вакансии подряд. Какой смысл в высшем образовании, если все, что дал мне диплом, – это гора студенческих долгов?
Спустя два часа мы прибываем на Лондонский центральный автовокзал «Виктория». Отсюда надо еще час ехать через весь Лондон до нашей первой смотровой площадки –
– Ты плакат приготовил? – спрашивает Джейк.
– Да, вот он… Но мы отсюда не увидим, когда она пробежит.
Я передаю ему плакат. Зрителей так много, что между нами и бегунами стоят люди в несколько рядов, поэтому трудно разглядеть хотя бы что-то. Все заслоняют таблички и плакаты: «“Боль” в переводе с французского – это просто слово, обозначающее хлеб», «Если Бритни Спирс смогла пережить 2007 год, то и вы сможете пережить 26,2 мили», «Почему красавчики всегда куда-то убегают?».
– Ребята, не хотите протиснуться ближе? – спрашивает нас мужчина средних лет. Он держит табличку с надписью «Беги, случайный незнакомец!». – За кого вы здесь болеете?
– За нашу подругу Джесси. Судя по приложению, скоро она здесь появится.
– Мы тоже будем болеть за нее, – заявляет женщина, которая стоит рядом с нами.
– А вот и она! – один из новых членов фан-клуба Джесси взволнованно кричит и требует, чтобы Джейк поднял плакат повыше.
– Нет, это не наша Джесси. Наша одета как единорог, – предупреждаю я, увидев, что к нам приближается бегунья с именем «Джесси» на груди. Когда самозванка пробегает мимо, атмосфера становится немного унылой. Наверное, она удивилась, почему мы за нее не болели.
– А вот и она!
Джесси невозможно не заметить, учитывая ее наряд и люминесцентные кроссовки, но Джейк впадает в панику и забывает поднять плакат. Джесси пробегает мимо. Не уверен, что она нас заметила.
– Она выглядела спокойной, – авторитетно замечаю я с таким видом, будто разбираюсь в марафоне и марафонцах.
– Да, и все еще в костюме.
Мы благодарим наших товарищей-болельщиков и решаем разделиться, чтобы встретить Джесси в следующем промежуточном пункте. Подбрасываем монетку, чтобы определить, кто куда пойдет. И Джейк, и Джесси настолько привыкли к монете, что она стала частью нашего процесса принятия решений. Может быть, они еще не поддерживают меня, но по крайней мере понимают. Монета решает, что Джейк поедет к собору Святого Павла, а я отправлюсь на центральную улицу Лондона – Стрэнд. С трудом добираюсь до станции метро, зажатый в толпе, которая движется туда же. Выхожу со станции «Чаринг-Кросс». Невероятно, что Джесси сможет пробежать такое расстояние! При виде здания Национальной галереи, которое возвышается на Трафальгарской площади, я решаю заглянуть в бесплатный туалет при музее, прежде чем простоять на тротуаре еще час.
Очередь в галерею буквально обвивается вокруг фасада здания: как и положено в таких местах, на входе проводится проверка сумок, и сегодня здесь, похоже, дежурит особо бдительный охранник. Я становлюсь в очередь и наклоняюсь завязать шнурки, случайно толкая девушку впереди своей единорожьей повязкой.
– О, простите, это был мой рог, – говорю я выпрямляясь, и она оборачивается.
Я замираю, когда вижу ее лицо, и неловко застываю в позе, которая представляет собой что-то среднее между «присел» и «встал».
Если бы Джейк спросил меня сейчас, какой у меня типаж девушки, я бы ответил ему: вот он, мой типаж! Мое лицо расплывается в улыбке.
Она прекрасна. Естественная красота, с минимальным макияжем. Густые брови и великолепные темные глаза, каштановые волосы небрежно собраны в пучок, и она носит большие модные серебряные серьги-кольца.
Пару секунд мы молчим. Я не могу не смотреть на нее, и она, кажется, смотрит на меня не менее пристально. Мы глядим друг другу в глаза как зачарованные. Мы совершенно точно не встречались раньше, и все же в ней есть что-то очень знакомое.
