Орел или решка? полностью

– Джош, что ты говоришь? Она вообще настоящая?

– Конечно настоящая! – огрызаюсь я.

– Итак, давай пройдемся по этому вопросу еще раз. Ты что, не сказал: «Привет, меня зовут Джош, а тебя как зовут?» Тебе не пришло в голову это сделать?

– Нет, мы просто поговорили, я планировал узнать все подробности позже, но не успел опомниться, как потерял ее в толпе.

– Ты уверен, что это не она тебя потеряла при первой же возможности? – шутит Джейк.

– Прекрати, – ругает Джейка Джесси.

– Нет, определенно нет. Это была ее идея – вместе пойти и подбодрить Джесси. Она заговорила со мной сама… а может, и я с ней, не помню. Но нет, определенно нет. Это действительно было взаимно. Она бы не сбежала.

А может, сбежала бы?

Я начинаю сомневаться.

– Ты говорил ей что-нибудь до этого, что могло бы ее оттолкнуть? Ты не упомянул, например, о монете, о том, что сделал предложение своей бывшей?..

– Нет, я не сказал ничего такого. Мы действительно хорошо провели время. Я ей тоже определенно понравился.

Так ли это?

– Я знаю, это звучит безумно, но она мне действительно понравилась. Правда. После Джейд меня никто не интересовал, а тут между нами проскочила искра, понимаешь, о чем я? Как мне ее найти?

– Пойдем поищем ее. Она не могла уйти слишком далеко, – говорит Джесси, сбрасывая одеяло из фольги.

– Но тебе же надо отдохнуть?

– Нет, со мной все будет в порядке. Не каждый день встречаешь ту единственную. Пошли найдем ее. А родителям я напишу, что встречусь с ними позже, – говорит Джесси, вырываясь вперед.

Мы идем мимо колонны герцога Йоркского.

– Где вы были, когда расстались?

– У станции Эмбанкмент. Там полиция пыталась контролировать толпу. Думаю, она застряла на другой стороне дороги.

– Значит, есть вероятность, что она все еще там: из-за этой толкучки далеко не уйдешь.

– Может, и так, но у меня такое чувство, что она пошла обратно в галерею. Она хотела вернуться туда потом, чтобы посмотреть «Подсолнухи» Ван Гога.

– Хорошо, как насчет того, чтобы отправиться на набережную, а если не найдем ее там, то пойдем в галерею? – предлагает Джесси. – Как она выглядит?

Пока мы тащимся по улицам вслед за другими усталыми бегунами, я пытаюсь описать ее.

– Ей от двадцати до двадцати пяти. Темные волосы, собранные в пучок. Рост примерно пять футов.

– А во что она была одета?

– На ней желтая куртка, джинсы… И сумочка с разноцветными значками, – я пытаюсь вспомнить как можно больше деталей.

Мы идем по краю Трафальгарской площади, на другом конце которой маячит Национальная галерея.

– Может, нам разделиться, чтобы охватить бо́льшую площадь? – предлагает Джейк. – Один из нас может прогуляться по набережной, а двое других направятся прямо в галерею.

– Да, звучит разумно.

Я обдумываю, где она может быть, и подбрасываю монету.

– Каков вердикт? – спрашивает Джейк.

– Мы с Джесси пойдем в галерею, ты – на набережную, ок?

– Да, я буду приставать к каждой девушке в желтой куртке.

– Большое спасибо, Джейк.

Мы расходимся в противоположных направлениях и подходим к тому же охраннику, который остановил меня раньше. На этот раз он впускает нас обоих без каких-либо задержек, несмотря на костюм Джесси.

Я думаю о том, что в Лондоне, с учетом тех 650 000 зрителей, которые приехали посмотреть на марафон, шансы найти потерянную девушку и встретить настоящего единорога приблизительно равны.

– Прости, я еще даже не поздравил тебя, – извиняюсь я перед Джесси, когда мы поднимаемся по каменным ступеням. Так был занят собой, что украл ее важный момент.

– Все в порядке, ты и так достаточно наслушался моих разговоров о марафоне за последние несколько месяцев. Это гораздо важнее.

– Простите, а где «Подсолнухи» Ван Гога? – спрашиваю я одного из добровольцев, патрулирующих зал.

– В 44-м зале, так что идите прямо, а потом направо.

Когда мы идем по галерее, высматривая ее, это похоже на дежавю. Но на этот раз я знаю, где она будет.

Она будет ждать меня у «Подсолнухов».

Я иду по ламинированному полу и, когда толпа редеет, наконец замечаю картину. Оттенки светящейся желтой краски завораживают меня… Отрываюсь от картины и оглядываю зал.

Где она?

Мы ходим из зала в зал.

Она должна быть здесь.

– Может, присядем и подождем? – предлагает Джесси, уже почти неспособная ходить.

Садимся в кожаные кресла, наблюдая за бесконечным потоком людей, которые пришли полюбоваться картинами. Мы ждем и ждем, но она не появляется. Джейк пишет, что ему тоже не повезло.

– Я уверена, что, даже если мы не найдем ее сегодня, ты сможешь найти ее в интернете. Она рассказала что-нибудь, что могло бы помочь ее найти? – Джесси пытается поднять мне настроение.

Пытаюсь сосредоточиться, но все как в тумане. Я вспоминаю ее улыбку и мерцающие карие глаза, но ничего такого, что помогло бы ее разыскать.

– Она англичанка? Какой у нее был акцент? – Джесси пытается помочь мне.

– Да, она англичанка, но у нее не было особого акцента. Погоди, она сказала, что из Лондона.

– Она сказала, где работает?