Я замечаю свое имя, выгравированное на доске старост на стене, прямо под списком знаменитостей, которые учились тут, а потом добились больших успехов и стали учеными, благотворителями, телезвездами.
– Чем сейчас занимаешься? – спрашиваю я его, хотя не сказать, что мне действительно интересно услышать ответ.
– Ну, я работаю в Сити в компании по поиску персонала.
Похоже, все работают в банковской сфере или подбирают персонал. Когда появятся рекрутинговые компании, набирающие рекрутеров, это будет значить, что все действительно зашло слишком далеко.
– Тебе нравится?
– Да, неплохо. Я зарабатываю кучу денег, так что не могу жаловаться. А как насчет твоей девушки? Ее здесь нет? Ты, должно быть, скоро женишься, ты ведь с ней уже несколько лет, я прав?
– Мы расстались несколько месяцев назад, так что я снова одинок. А как насчет тебя?
Как по сигналу к нам подходит красивая высокая блондинка и берет его за руку. Она похожа на модель «Виктория Сикрет». Я вспоминаю, почему он мне не нравился в школе.
– Мы с Эрин поженились в прошлом году на Мальдивах, и, как видишь, у нас скоро будет пополнение в семье.
Я так поражен красотой этой женщины, что даже не заметил ее выпирающий животик, который сейчас поглаживает Уилл. Учитывая, что мне с трудом удается заботиться о кролике, я не уверен, поздравлять ли ее с беременностью или посочувствовать. Видя, как гордо она баюкает свой живот, я думаю, что в данном случае должен быть рад за них обоих.
Мы оглядываем комнату, пока Уилл информирует меня о том, чем все занимаются по жизни. Эдди – дантист, Алекс ушел в политику, Грег управляет туристической компанией, Луис – бухгалтер. Похоже, здесь нет никого из моих старых друзей – только те, кто захотел вернуться и чем-то похвастаться. Люди, которые раздражали меня в школе и еще больше раздражают сейчас.
– Ты можешь поверить, что Томми теперь врач? Он только что окончил медицинский университет. Надеюсь, он не будет принимать роды у моей жены!
Это тот самый парень, который до последнего класса приторговывал всяким барахлом из своего шкафчика и почти каждый день посещал школьную медсестру из-за травмы головы, которую получил, издеваясь над собакой.
А вот мои школьные ведомости были полны восторженных похвал. Мне было суждено сделать что-то великое. Интересно, что пошло не так? Вчера я проснулся в два часа дня; почувствовал удовлетворение оттого, что подстриг ногти на руках, но решил не переутомляться, подстригая их на ногах; выпил; посмотрел сериал на
– Жаль, что мы не встретились раньше, правда. Как быстро пролетело время, да? – спрашивает Уилл у Хьюго, еще одного регбиста, который присоединился к нам.
– Знаешь, я был чертовски занят, если ты понимаешь, о чем я, – тот фыркает, опустошая свой бокал «просекко», и весело толкает меня локтем: – Я смотрю, мисс Уильямс все еще выглядит привлекательно.
У нас была школа для мальчиков, так что любая учительница моложе сорока считалась привлекательной, но была одна, к которой все мальчики так привязались, что некоторые собирали огрызки ее карандашей и бутылки с водой, из которых она пила.
– Извините, ребята, извините меня, я собираюсь пойти и пофлиртовать с ней, – Хьюго уверенно шагает к ней, и я с восхищением наблюдаю, как он терпит неудачу; его немедленно сменяет директор по развитию школы, который не упускает представившуюся возможность.
– Привет, ребята, может быть, вы захотите сделать пожертвование? Десять процентов учеников получают финансовую помощь, и, как всегда, мы полагаемся на щедрую поддержку наших «старичков».
Я прекрасно это знаю. Я ходил в эту школу только потому, что получал стипендию (папа нипочем не стал бы платить за мое обучение. Нам раздают бланки для пожертвований. Я едва могу содержать себя и Джереми, но все остальные согласны дать деньги, поэтому я не хочу выглядеть хуже прочих и подписываюсь на регулярную схему пожертвований.
Удар гонга разносится по залу, заглушая все разговоры.
– Все готовы? – спрашивает директор, держа в руках молоток.
Мы спускаемся за ним по главной лестнице и выходим на лужайку перед зданием, где школьный садовник уже выкапывает капсулу времени. Никогда не понимал, зачем им садовник на полный рабочий день, чтобы ухаживать за крошечным участком травы перед зданием. Когда капсулу вытаскивают, я надеюсь, что ее содержимое было безнадежно испорчено, но чудесным образом все наши письма прекрасно сохранились, и директор раздает их. Я бросаю взгляд на цели Уилла: «Обесцветить волосы и сходить в
Нерешительно достаю свое письмо из манильского конверта, на котором нацарапано мое имя. Тогда мой почерк был намного аккуратнее, чем сейчас.
