– Итак, вы победили конкурентов, но вам предстоит еще одно испытание, прежде чем вы сможете забрать призовые деньги. Я дам вам этот ключ, и вы сможете открыть одну из двух дверей. За одной дверью вас ждет джекпот, за другой – ничего.
Нас слепят красные лучи прожекторов. Вновь звучит тревожная музыка, напряжение растет.
– Какую мы выберем? – спрашивает Джейк. Мы все смотрим друг на друга.
Я стараюсь избегать взглядов Джейка, Джесси и ярких огней и ловлю взгляд дедули. Приглядевшись, я вижу, что он жестом предлагает мне бросить монету.
Это похоже на дежавю.
– Может, подбросим монетку? – говорю я, вероятно, слишком тихо для того, чтобы микрофоны смогли это уловить.
– Все прошло не очень хорошо, когда мы сделали это на викторине в пабе.
– Возможно, сегодня она оправдается.
– Скорее всего, на этот раз все будет правильно.
– Конечно, пусть решает монета.
– А нам можно подбросить монетку? – нерешительно спрашиваю я ведущего.
– Я никогда не видел, чтобы команда на викторине подбрасывала монетку, выбирая ответ, – произносит он и неуверенно оглядывается.
Продюсер поднимает большой палец вверх и инструктирует оператора камеры, чтобы получить крупный план, когда монета взлетит в воздух.
– Хорошо, допустим, дверь номер один – орел, а дверь номер два – решка. Хорошо? – говорю я.
Джейк и Джесси кивают. Я подбрасываю монету.
– Решка!
– Значит, вы идете к двери номер два? – спрашивает ведущий.
– Да.
– Вы уверены?
– Да, мы уверены.
– Это ваш окончательный ответ?
– Окончательный ответ.
– Давайте посмотрим, что находится за дверью номер два…
Музыка продолжает ритмично биться, мое сердце учащенно колотится. Я не могу вынести напряжения…
– Вы выиграли тысячу фунтов!
Как только режиссер объявляет «Снято», мы бежим к зрителям, где попадаем в море объятий.
– Поздравляю!
– Молодец!
– Отлично справились!
Я оглядываюсь на съемочную площадку и вижу, что «Квизламистские экстремисты» все еще на своих местах, заняты жарким разбором игры и пытаются определить, где все пошло не так.
– Так что вы будете делать с этой кучей денег? Сколько это, по 333 фунта на каждого? – спрашивает папа, вероятно собираясь побудить нас инвестировать в одну из его новых схем.
– Джейк, ты наконец-то поедешь в отпуск, а Джесси сможет подстричься, – говорю я друзьям, когда они подходят ко мне. Джесси смотрит на Джейка, потом снова на меня.
– На самом деле, Джош, мы решили отдать все деньги тебе. Ты сможешь тогда найти свою Девушку-Подсолнух.
– Не будьте идиотами!
– Нет, правда, Джош, это решено.
– Вы уверены? Я не могу взять все деньги.
– Да, можешь, и отказ не принимается.
– Я сейчас завален работой, так что мы с Джеки все равно не скоро сможем куда-нибудь поехать. Я думаю, тебе деньги нужнее, – говорит Джейк.
– И это важнее, чем моя стрижка!
– Большое спасибо, это так… любезно с вашей стороны, – я почти теряюсь в словах. – Честно говоря, ребята, вы лучшие. Не могу поверить, что я поеду и найду ее.
Еще чуть-чуть – и я разрыдаюсь.
Мы обнимаемся, и я вижу, как дедуля улыбается мне с другого конца студии.
Мы стоим перед табло вылета в аэропорту Бристоля. Мимо нас движется бесконечная процессия отдыхающих. Они вылезают из припаркованного под дождем автобуса, проходят через вращающиеся двери и устремляются к стойкам регистрации. Люди тащат и несут большие чемоданы, спешат, бегут, в последнюю минуту распаковывают, переупаковывают и паникуют. Мне всегда казалось, что в отпуске мало кто расслабляется по-настоящему.
– Вы уверены, что я должен это сделать?
– Дело не в том, уверены ли мы, а в том, уверен ли
– Знаю, но я просто думаю, что это слишком большая сумма денег, чтобы тратить их в погоне за напрасной надеждой. Неужели я хочу потратить все свои деньги на поиски случайной девушки, которую, возможно, даже не найду?
– Ты имеешь в виду
– Не думай о деньгах, – говорит Джесси ободряюще.
– Лето закончилось, и я снова без работы. Призовые деньги помогли бы мне продержаться какое-то время, пока не найду что-нибудь еще…
– Ты был так уверен, что хочешь найти ее. Что изменилось?
– Не знаю… Честно говоря, я просто начал думать о том, что будет, если мне снова разобьют сердце. Не уверен, что смогу с этим справиться.
– Но ты должен поехать, найти ее и выяснить, может ли у вас что-нибудь получиться. Иначе ты всю жизнь будешь думать: а если бы… А это еще хуже в долгосрочной перспективе. Ты думаешь о ней, даже когда идешь на свидание.
– Это правда.
– И монета сказала, что тебе нужно поехать. Раз уж ты подбрасывал ее весь год, ты должен следовать решению монеты.
Я киваю. Я все это знаю, и в глубине души я ничего так не хочу, как поехать и найти ее.
