– Для Ван Гога желтый цвет был символом счастья. Он, как известно, использовал только три оттенка желтого, чтобы завершить эту картину. В голландской литературе подсолнух был символом преданности и верности. На различных стадиях эти цветы также напоминают нам о цикле жизни и смерти.
Мы поднимаемся еще на один лестничный пролет.
– Тут кое-что интересное, – я снимаю наушники и окликаю Еву. Передо мной переписка Ван Гога с его братом Тео. – Она сказала, что недавно читала его письма, так что, возможно, видела их здесь.
– Да, это вполне возможно. Давай заглянем в сувенирный магазин, – Ева тащит меня через весь зал к магазину, спрятанному в углу. – Посмотрим, что тут у нас… – говорит она, включая режим детектива.
Рядом со всеми мыслимыми и немыслимыми товарами с изображением
– Думаю, она приехала сюда, увидела в музее письма и купила книгу.
Она кивает в знак согласия с моей теорией.
– Как думаешь, нам стоит их купить?
– Я ее уже читал, – отвечаю я, кладя обратно книгу, протянутую Евой.
Я скачал и прочитал ее через день после того, как Девушка-Подсолнух упомянула о ней, чтобы потом мы могли обсудить эту книгу, если когда-нибудь встретимся снова.
Когда мы спускаемся на первый этаж и возвращаем наши аудиогиды, я понимаю, что идея с музеем была действительно хороша. Вслух я этого не говорю, но теперь настроен более оптимистично.
– Ну что, теперь мы достаточно прониклись, чтобы найти ее? – саркастически осведомляюсь я, когда мы выходим на свежий воздух.
– Думаю, да, но после всего этого я очень проголодалась. Я еще не завтракала, так что, может, сначала поедим? Ты любишь омлет? Хорошо, если да, потому что я знаю идеальное место!
Здесь крутят старые песни из мюзиклов, слышно, как на огне потрескивает масло и гремят сковородки.
– Здесь ты можешь съесть практически любой омлет, какой захочешь. Здорово, правда? – говорит Ева, садясь за большой столик. – Что будешь? Наверное, подбросишь монетку? Я тоже хочу попробовать!
– Конечно. – Я протягиваю ей монету.
В ресторане подошли к делу серьезно: на стенах картины с летающими яйцами, а шеф-повар одет в красную футболку с надписью
– И что же ты ей скажешь, когда найдешь?
– Пока не знаю.
– Что значит «не знаю»? Ты должен был об этом подумать. А если бы ты нашел ее в Германии? Надеюсь, ты не собирался просто молча стоять и смотреть на нее?
– Нет, наверное, я просто собирался сказать ей…
– Порепетируем?
– Что? Наш разговор?
– Да. Я буду Девушкой-Подсолнухом, а ты – собой. Представь, что ты только что увидел меня в книжном магазине.
– Мы не будем этого делать.
– Будем! Тебе нужно попрактиковаться. У тебя будет только один шанс. Я не хочу, чтобы ты все испортил.
– Может, сначала поедим?
Я знаю, что хочу сказать, просто не собираюсь обсуждать это с Евой.
– По-моему, кто-то начинает немного нервничать. Давай, пока нам несут еду.
– Эй, привет, надеюсь, ты помнишь меня по Лондону? Мы встречались в Национальной галерее в день марафона, – говорю я глупым голосом.
– Ты начинаешь с «эй, привет»? Серьезно? И еще ты слишком нервничаешь. Смелее! Больше уверенности! Начни сначала.
– Привет! Мы встретились в Лондоне, в Национальной галерее, в день марафона, и я хотел пригласить тебя на свидание, но у меня не было твоего номера, поэтому я выследил тебя.
– Фу, фу-у! Ты действительно говоришь как сталкер. «Выследил тебя». Не говори так.
– Ладно, так что мне сказать? – я изо всех сил стараюсь не злиться.
– Хорошо, что мы тренируемся, правда? Что будет, если она тебя не вспомнит? Или ты ей не нравишься? Или у нее есть парень?
– Я думал, ты должна помогать мне.
Наевшись омлета, выходим из ресторана, и меня чуть не сбивает с ног возникший из ниоткуда велосипедист. Я действительно не понимаю, как устроено дорожное движение в Амстердаме, и, что еще страшнее, никто из местных жителей, похоже, этого тоже не понимает. Велосипеды, мотоциклы, легковые и грузовые автомобили – они едут со всех сторон по дорогам и тротуарам. Кажется, тут даже трамваи не привязаны к трамвайным линиям.
– О’кей, это первый магазин, – Ева указывает на высокий дом в ряду других зданий у канала. На нем симпатичная неброская синяя с белым вывеска «Подержанные английские книги». – Так. Когда войдем, говорить буду я. И дай мне знать, если увидишь ее.
Похоже, что этот поиск веду уже не я.
Продавец за прилавком, должно быть, удивляется, когда в его книжный магазин заходит человек, одетый как Шерлок Холмс. Похоже, что мы с Евой направляемся на какую-то косплей-конвенцию.
– Привет, – говорит он.
– Привет, – отвечает Ева.
Я просто киваю и направляюсь вглубь магазина.
