- Я позабочусь обо всем, - расстроено покачал головой старик, - Дар, и наперед не будь таким доверчивым. Тебе надо было хотя бы обратиться к независимому юристу и узнать правомочность действия тех людей, что пришли в твой дом. А если это были бандиты? Тебе надо было вызвать полицию, чтобы их документы проверили официальные органы, сами полицейские вызвали бы к тебе из опекунского совета консультанта. Тебе на тот момент было шестнадцать, ты только номинально был взрослым, но без согласия опекуна ты сам бы не смог продать свой дом, даже если бы захотел.
- И что же делать? - растерялся омега, - уже почти два года прошло с тех пор, наверное, поздно что-либо менять?
- Не переживай, - Альберт похлопал по руке опечаленного ребенка, - все наладится. Я позабочусь обо всем.
Дар развез старичков по домам, а сам отправился к Траю. Очень хотелось поговорить с ним. Рассказать о доме и дяде, спросить, почему его личное дело закрыто для просмотра, но Трая дома не оказалось, и расстроенный омега поехал домой. Дома выпив сладкого чая, он успокоился и решил, что про дом не стоит рассказывать альфе. Не хотелось выглядеть идиотом, который ничего не смыслит в делах. Пусть вначале Альберт выяснит все и объяснит, а тогда уже можно будет строить планы на будущее. И что касается самого Трая, зачем приставать к человеку с расспросами, если он не готов рассказать о себе.
Но и просто сидеть, ничего не делая, было уже тяжело. Для начала, Альберт прав, то, что у Трая нет протезов, было очень подозрительно. Возможно, у него просто нет возможности их заказать? У него ведь нет доступа к информационным сетям? А у Дара есть! Все, решено, он позаботится о Трае, как надо было сделать уже давно. У его подопечного нет протезов? Но они ему нужны? Значит, надо их заказать!
Дар так и поступил. Когда он вышел на работу в понедельник, первое, что он сделал, это подошел к Масику и сообщил, что у его подопечного – военного инвалида нет протезов, возможно, он их потерял, когда беспробудно пил, и теперь надо заказать новые. Масик манерно пошипел и отправил Дара заниматься основной работой, но в конце дня позвал в свой кабинет и помог отправить с рабочего компьютера заявку на протезы в военную опекунскую контору. Он сказал, что поскольку протезы бесплатные, то ответа придется ждать пару дней…
Но тут Масик ошибся. Ответ пришел на следующий день, и совсем не такой, как ожидал Дар.
На следующее утро, стоило Дару выйти на смену, как его вызвали в кабинет главврача. Там, кроме самого главврача, сидели бледный от злости Масик, исполнительный директор клиники и очень крупный альфа. И хотя он был в костюме и галстуке, но выправка и манера держаться выдавали в нем военного. От одного его взгляда хотелось стать по стойке смирно или залезть под стол от страха. Военный представился членом опекунского совета и устроил Дару форменный допрос о Трайнисе Дартоне. Когда они познакомились, что их связывает, какие у них отношения и почему вдруг Дар заказал протезы для альфы? Это была его инициатива или просьба самого Трайниса?
Дар честно отвечал на все вопросы и, хотя забраться под стол с каждым вопросом хотелось все сильнее, но он с честью выдержал это испытание. В конце концов, он медбрат, а не впечатлительный омежка. И нет, он не знал Трайниса до того, как Захар предложил патронаж. Трай не предлагал ему деньги за протезы и не запугивал, чтобы он заказал их, и он не является его любовником. Их вообще ничего не связывает, кроме работы в социальной службе. И у него есть еще подопечные, и он о них заботится так же старательно, как и о Трайнисе!
Военный с каждым вопросом все больше поднимал голос и раздувал ноздри, как будто пытался вывести террориста на чистую воду, но чем сильнее на Дара давили, тем больше силы поднималось в ответ! Под конец Дар уже тоже кричал на военного, что Трайнис инвалид и имеет право на опеку и протезы! И оставлять его в таком состоянии, по меньшей мере, жестоко! Он не может даже ходить нормально! Это бесчеловечно оставить альфу всю оставшуюся жизнь провести на коленях!
- Трайнису Дартону отказано в использовании протезов по решению военного трибунала! - отрезал вояка и хлопнул рукой по столу, - и ты не лезь, куда тебя не спрашивают! Мой полы и помалкивай в тряпочку! Все! Разговор окончен!
Военный развернулся и вышел из кабинета, а Дара отправили работать, как обычно. Он даже вышел с самым независимым видом из кабинета главврача, как будто орать на крупного альфу было для него самым обычным делом, но едва он оказался в коридоре, у него затряслись руки и ноги. Масик, пробегая мимо, увидел трясущегося как в ознобе работника и затащил его в свой кабинет, чтобы напоить успокоительным и отправить домой, все равно в таком состоянии он бы его к пациентам не отправил! Масик уже полностью взял себя в руки и, пошипев немного, что остается без медбрата в такой тяжелый день, все равно твердой рукой отправил на улицу с напутствием зайти в кафе и стрескать чего-нибудь сладкого. И пусть это не полезно для фигуры, но полезно для нервов! Это он как медик советует!