Погода в воскресенье была именно такой, какая и требовалась для долгой прогулки на свежем воздухе. Солнечно, но с небольшими тучками, которые давали время от времени возможность отдохнуть от жарких лучей, и совершенно безветренно. Просто идеальная погода для милых старичков. Дар собрал своих подопечных и задал адрес ботанического сада омегомобилю. Он был вбит в память еще со времен, когда Дар жил дома с родителями.
Пригласить Трая на прогулку Дар так и не решился. Не то, чтобы он не хотел или стеснялся появляться с ним рядом, просто с того памятного разговора в душе Дара что-то изменилось по отношению к альфе. Он стал думать о семье. Каково это – жить с альфой, не с отцом, а с посторонним человеком. Приходить после работы домой… к нему… готовить еду, покупать продукты на двоих, заботиться, чтобы у него все было. Обсуждать новости, строить планы, а ночью спать вместе. Заниматься любовью, а потом дети будут…
Нет, Дар не был настолько наивным, чтобы не понимать всю серьезность такого поступка. И к браку он был готов. Образцом для подражания для него стали родители со своим счастливым и гармоничным браком. И Дар хотел создать семью, но вот только с Траем ли? Омега каждый раз спотыкался в своих мыслях и взволнованно замирал в раздумьях. Нет, Трай был прекрасным альфой (ну, с тех пор, как взялся за ум), он был просто выставочным образцом (если упустить инвалидность, как таковую. Но ведь это не влияет на характер и душу?). Трай был сильным, добрым, заботливым, с ним было очень комфортно и спокойно. С ним было интересно разговаривать, хотя разный социальный статус и былые привычки время от времени проскальзывали, но он сдерживался и пытался исправиться. Чего только стоила фраза в разговоре: «И тут я охуел, то есть, очень сильно удивился…». Нет, Трай старался стать лучше ради него, Дара… И это очень грело душу. Было очень приятно сознавать, что ты нравишься кому-то настолько сильно, что человек согласен поменять свои привычки ради тебя. А еще, Трай был красивым. Той самой сокрушительной альфьей красотой и обаянием, которая, как магнит, тянула к себе омег. И Дар понимал, что на него этот животный магнетизм тоже действует, и он неумолимо влюбляется в этот образчик тестостерона и внимательно-заботливых глаз.
Омегомобиль пискнул навигатором, подавая сигнал, что они прибыли в конечную точку движения, и предлагал выбрать место на уличной парковке для высадки пассажиров. Дар выбрал просторную площадку ближе к входу, там, где можно без спешки высадить старичков, достать из багажника коляску и, спокойно проверив самочувствие и забытые вещи, отправиться на прогулку. У Дара, кроме альфы Альберта, было под патронажем еще трое бет. Один мужчина и две женщины. Они тоже были старенькие, но все достаточно боевые и, как дети, очень любопытные.
Вот, наконец, коляску достали из багажника, разложили, определили очередность, кто катится на ней первый, а кто второй. Проверили забытые сумки, очки, шляпы, коммуникаторы. Дар убедился, что все спокойны и собранны, воды в рюкзачке за спиной хватит на всех путешественников. Медикаменты скорой помощи он собирал еще загодя в больнице, на телефоне первым номером срочного дозвона была медицинская служба, и вот, наконец, нацепив панаму на голову, Дар ухватился за ручки коляски и дал команду – в путь!
Рододендрон в этом году был особенно шикарен, сказывалась мягкая, но достаточно холодная зима. В парке прогуливалось много народу. Отовсюду лилась мягкая, ненавязчивая музыка. Летние кафе призывно выставляли свои столики, приглашая присесть и полюбоваться цветущими кустами и деревьями. Как всегда, летом на улицу выставляли большую коллекцию бонсая, с подробным описанием, что за растение, сколько ему лет и какого размера бывает, так сказать, оригинал. Карликовые сосны, ели, дубы и, конечно, карликовые деревья цветущего рододенрона.
- Я хотел бы с тобой поговорить, по секрету, - Альберт был сегодня на удивление тихим, он не строил глазки женщинам и не отпускал шпильки в сторону мужчин, - это касается твоего пятого подопечного, Трая.
Дар молча кивнул головой, и когда вся компания дошла до небольшого пруда с утками, рассадил всех по скамейкам, чтобы немного отдохнули и полюбовались утками-мандаринками, резво рассекающими по воде. Сам он сел возле Альберта на отдельной скамейке и с интересом посмотрел на альфу.
- Прости меня за любопытство, - Альберт тяжело вздохнул, - но я переживаю за тебя, и поэтому навел справки по поводу Трая. Ты же знаешь, что он был кадровым военным? - Альберт с интересом посмотрел на омегу и увидев, как тот кивнул головой, соглашаясь, продолжил, - травмы и потеря конечностей для военных, увы, не редкость. И редко кто выходит в отставку, сохранив свое тело без травм и увечий, но у ветеранов достаточно сильная программа медицинской помощи. Ты, как медик, должен это знать и без меня.