Карина Барби и Олеся Малибу легли друг на друга и начали публично демонстрировать лесбийскую любовь. Нагиев возбудился и, залупив свой болт, воткнул его в жопу Олесе, вагину которой в тот момент вылизывала беззубая Карина. После Нагиева Олесю трахнул Илья Яшин, похожий на певца Робби Уильямса. Скорострел Илюха быстро кончил, измазав спину Олеси своей кончиной. К тому же, после убитой стрёмной "плоскодонки" Ксюхи Собчак, эта грациозная шлюха была для него слишком хороша и аппетитна.
За Илюхой принял эстафету Мэддисон, успевший натянуть на себя ботфорты и стринги Карины Барби. За Мэддисоном паровозиком пристроился Нойз МС и оттрахал в задницу переодетого в бабский прикид борзого блоггера, неугомонного обзорщика видеороликов и компьютерных игр. Мэд кайфовал, отрываясь на полную катушку. Он находился в состоянии бутербродной начинки, прижатый с двух сторон телами Илюхи Яшина и Ваньки Алексеева, известного всем под кличкой "Нойз".
- Эх, соснуть бы ещё! - произнёс Мэддисон, и его мечты вскоре реализовались. Эрик Давидыч Китуашвили, отвязный гонщик, стритрейсер, лидер общественного движения "Стопхам" подошёл к скоплению тел. Мэддисон высунул свою голову, повернув направо. Давидыч собрал из двух стульев лестницу-стремянку и взобрался на самую верхушку импровизированной "пирамиды". Усевшись на верхнее сиденье, он свесил ноги. Его упитанный отросток болтался и бил по губам старательного петушка Мэддисона. Нацмен-стритрейсер отсодомировал Мэддисона, дав пососать ему свою сосульку. Таким образом, Мэд был трижды трахнут со всех сторон и остался счастлив, сплюнув густую сперму Давидыча на спину Яшину, после чего её жадно слизал Ванька "Нойз".
Артемий Троицкий смотрел на происходящее и дрочил, восхищаясь развратной молодёжью. К нему подскочила поднявшаяся с пола Гей Германика и приняла из его рук кочерыжку.
- Что грустите?
- Я тоже так хочу.
- Пососать Вам?
- Пососите, Ника! - Троицкий вставил кочерыжку в приоткрытый рот Валерии, и та начала нежно сосать.
- Давайте лучше я прилягу. Так удобнее. А то ноги уже устали, спотыкаясь об эти стулья и табуретки.
Артемий лёг на пол, раздвинув костлявые ноги и задрав локти. Откинув голову, он закатил глаза. Валерия, громко чавкая, губами мусолила старый потрёпанный болт Троицкого.
Когда Артемий открыл глаза, то увидел, что перед его носом мелькает пиписька вездесущего Илюхи Яшина. Хрен оппозиционера был вновь наготове и находился в состоянии боевой готовности. Похоже, Яшин захотел разрядиться опять, но теперь его потянуло уже не на гламурных шлюх, а на зрелых бывалых мужчин. Артемий Троицкий, пребывая на седьмом небе от блаженства, не отказался от яшинской свистульки. Он решил попробовать на вкус батончик, который ему подсовывали.
- Так вот оно как! Соснуть хуйца... - в голове Артемия заскользила мысль, настраивающая его на умиротворённый и созерцательный лад. Молодой оп-позиционер Илья Яшин предавался оральным ласкам со стороны старого музыкального критика, оказавшегося в изнании. Самому Троицкому продолжала делать минет режиссёрша Гей Германика, которую в тот момент напяливал сзади неугомонный артист и художник Пахом. Политика, критика и искусство смешались воедино, образовав причудливый симбиоз.
Шнур приставал к Тине Чертополох, которая продолжала сосать у Джигурды. Потом они вместе договорились и трахнули вдвоём отвязную "неформалку".
-----*****+++++
Аннигилина, глядя на свальной грех, фыркнула:
- Фи, какая гадость! Это же прошлый век! Богатые люди, а занимаются таким непотребством. Это же совершенно ненужно. И не модно уже. В этом же нет никакой потребности. Ведь у вас есть всё, чтобы не хотеть этим заниматься. Нет, вы с ещё большей силой тянетесь в эту грязь. Какие же вы ничтожные твари! Жалкие существа!
