Тяжело опершись на жезл, юноша собрался с силами и устремил свой дух в бесконечность, пытаясь достичь таинственного иного мира, где, по преданиям, обитали Фаэри. Он снова вызвал в памяти самую сущность леса — его запахи и Цвета, гудение сонных пчел и пение ярких птиц, шорох листьев и журчанье ручьев, бег зайцев и прыжки белок, сторожкое топотание оленей и плавное скольжение лисиц и ласок. Глубоко вздохнув, он позвал, мысленно и вслух:
— Хеллорин! Лесной Владыка! Отец! Именем Адрины, моей матери, я призываю тебя!
Сначала ему показалось, что ничего не произошло. Но вот образ леса стал таким ясным, таким отчетливым, и маг почувствовал, как он обретает форму. Разгромленная комната исчезла, и будто сквозь рассеивающийся туман проступили контуры деревьев. Стройные колонны буков, коренастые дубы, узловатые, словно мускулы гиганта, гибкие ивы и воинственный, ощетинившийся остролист, веселый боярышник и стройная рябина, хрупкая, как мечта. Сквозь деревья в свете звезд замерцала вода, и юноша с изумлением узнал озеро и остров, хотя башня исчезла. В ноздри ему ударил хмельной летний запах травы. Но ведь сейчас зима. Как же это может быть? Глаза Д'Арвана расширились от изумления. Мара с разинутым ртом стояла у края поляны, и рука ее инстинктивно шарила в поисках исчезнувшего меча. У ее ног лежало неподвижное тело феи Озера.
— Кто зовет Лесного Владыку? — в голосе звучала глубокая печаль осени, но в то же время он был легким и веселым, как летний ветерок в верхушках деревьев. Перед могучим дубом, заслоняя собой лесного гиганта, стоял некто в мерцающем переливчатом зеленовато-сером плаще, такой огромный, что серебряные нити, сверкавшие в его темных волосах, казались светом звезд. Его чело венчал венок из золотых дубовых листьев, а над ним высилась корона в виде оленьих рогов. Он заговорил снова, и голос его был как зимняя стужа, как радостное тепло свежего весеннего дня.
— Кто осмелился призвать Повелителя Фаэри? — В благоговейном ужасе Д'Арван чуть было не рухнул на колени, но лишь крепче ухватился за жезл Эйлин и напомнил себе, что это существо — его отец. Не находя слов, юноша низко поклонился. Даже в самых невероятных своих фантазиях он не представлял себе такого. Что же он мог сказать такому властителю, как Хеллорин?
— О Владыка, позволь представить тебе Д'Арвана, мага Земли, твоего сына,
— прорезал тишину грубоватый голос Мары.
— Что? — прогремел Лесной Владыка, устремляя на нее горящий взор. Глаза его под темными нахмуренными бровями вспыхнули, словно молния. Он поднял руку, и, казалось, сами деревья задрожали. Неожиданно Д'Арван обнаружил, что может двигаться, и, опираясь на жезл, заковылял к Маре и заслонил ее собою.
— Это правда! — крикнул он. — Я позвал тебя подлинным именем Отца, и ты ответил. Моей матерью была Адрина из Волшебного Народа, и я призвал тебя ее именем, ибо мы отчаянно нуждаемся в твоей помощи. Фея Эйлин, подруга моей матери и хранительница этой Долины, умирает. — Не успел он проговорить это, как на глазах у изумленного Д'Арвана грозная фигура исчезла.
Маг дико огляделся. Вдруг из-за дуба выступил его отец, уменьшившийся до обычных человеческих размеров, но ни на гран не потерявший своей мощи и величия. Огромные мускулы перекатывались на его обнаженной груди под плащом, а сильные ноги, обутые в высокие сапоги, были широко расставлены. Сказочная ветвистая корона по-прежнему венчала его голову, украшенную дубовым венком. Его суровые, царственные черты смягчились, но выражение глаз нельзя было разгадать.
— Мой сын? — Глубокий голос был мягким, но закатами простыми словами угадывалось множество вопросов.
Лесной Владыка шагнул вперед, и сильные руки стиснули плечи Д'Арвана. Темные, бездонные очи пристально вгляделись в лицо юноши, и Д'Арван почувствовал, как его собственные глаза наполняются слезами.
— Мой сын, — изумленно пробормотал Хеллорин, и улыбка тенью коснулась уголков его губ. — Мой родной сын. А я и не знал никогда, что у меня есть сын!
— Отец… — прошептал Д'Арван, и выронив жезл, положил руки на широкие плечи Хеллорина. В далеком мире, на освещенной звездами поляне, отец и сын наконец обняли друг друга.
— Д'Арван? Владыка Хеллорин? — нерешительный голос Мары нарушил их молчаливое единение. Слезы, блеснувшие на ее ресницах, доказывали, что эта встреча отнюдь не оставила ее равнодушной, но девушка, как всегда, не забывала о реальности и указала на неподвижное тело Эйлин. — Прошу прощения. Владыка и маг, но фея в ужасном состоянии. Возможно, мы уже опоздали.
Владыка Лесов поднял бровь.
— Кто эта опрометчивая девица? — спросил он своего сына.
— Ее зовут Мара, она несравненный воин, верный товарищ и… — в голосе Д'Арвана звенел гордый вызов, — моя дама сердца.
Лесной Владыка разразился густым смехом. Мара нахмурилась, и Д'Арван сделал поспешный жест, призывая ее к молчанию — не хватало еще разгневать Лесного Владыку.
— Не вижу в этом ничего смешного, — холодно сказал юноша.
Все еще задыхаясь от смеха, Хеллорин утер глаза.
