Черный воск дороже красного, намного дороже… а вот запечатано чем-то гладким. Может, даже пресс-папье прижали.
Два слова. Всего два слова, но почему от них так сильно забилось сердце?
Потому что ОН – рядом.
Тот мужчина, с которым она поцеловалась, рядом. И знает, кто она.
Тони пожала плечами, отправляя вазу с цветами на стол.
– Не знаю. Кто мог мне это прислать?
Анита прищурилась, потом поняла, что ритана не врет, и вздохнула.
– Мужики – странные существа. За моей теткой ее парень ухаживал, так год подарки дарил, по почте слал, и хоть бы раз подписался.
– И что?
– И ничего. Поженились, живут счастливо.
– Пусть Творец приглядит за ними. Но я правда не знаю, кто это мог прислать.
– Да кто угодно. Девушка вы, ритана, красивая, видная…
– Я? – Тони выразительно показала на свое лицо, но Анита только рукой махнула.
– Это вы Араконам показывайте. А то мы все слепые! Видно ж все, и глаза у вас сияют, и фигурка замечательная, а вот это… вы о нем и не думаете. И никто не думает!
Тони опустила глаза.
– Ладно… Араконы знают?
– А зачем им знать? Появился кто – вот и ладно. Человек вы хороший, уважительный, а добрые люди друг друга завсегда поймут, в каком бы сословии ни были.
Тони задумчиво кивнула.
– Хорошо. Спасибо, Анита.
– Да не за что. Ритана, а что вчера было-то?
– Сейчас спущусь – расскажу, – пообещала Антония, и Анита исчезла за дверью. Надо ж собрать всех слуг в предвкушении новой сплетни?
Надо!
Антония коснулась пальцем лепестка гардении, вдохнула замечательный аромат….
Красивые цветы. Красивый жест.
Кто его сделал?
Она не знала, но почему-то не волновалась. Конечно, и плохие люди могут выбрать хорошие цветы, но не в этот раз. Нет, не в этот.
Наверное, это чутье некроманта. И оно шепчет, что эти цветы прислал кто-то хороший.
Но кто?
Странные существа эти мужчины…
Утро началось достаточно спокойно. Ночью Паулину увезли в больницу.
После прогулки по пещерам у нее подскочила температура, вызванные врачи осмотрели девушку и сказали, что девушку нужно госпитализировать. И чем быстрее, тем лучше.
Надолго ли?
Как получится, вы ж не думали, что все так легко обойдется? Да и матушку тоже хорошо бы – того…
А то свалится с сердечным приступом… вы, папенька?
С вами все более-менее нормально. Вот, капельки попейте, а лучше по старому народному обычаю. Грамм двести – и не колодезной водички.
Тан Адан послушался, тяпнул крепленого, заполировал рекомендованными капельками, и сейчас мучился сильной головной болью.
Ритана Розалия и Паулина лежали в больнице.
Альба к завтраку выползла, но бледная и несчастная. Проревела она всю ночь. Некроманту удалось достучаться до ее совести. И мать вчера…
Альба отчетливо поняла, что если бы Паула не нашлась, хоронить пришлось бы двоих. А то и троих – думаете, отец пережил бы эту трагедию?
Даже если и пережил бы, то сколь надолго?
Именно Альба высказала идею избавиться от Паулы. Подшутить, зло и ядовито. И то, что она ничего плохого не планировала, ее не извиняет.
Можно ради шутки натравить на человека собаку. Не всерьез, так, чтобы она его поваляла. А если у человека больное сердце и он умрет? Шутили?
Поздравляю, дошутились…
Амадо Риалон также присутствовал за завтраком. Вчера он до поздней ночи размышлял, что жизнь его будет разрушена. И все из-за мелкой глупости…
Ну и из-за отца тоже.
Надо поговорить с матерью… ну не хотелось ему жениться на Пауле! Дура же!
А еще за завтраком присутствовала девушка, которая ему больше, чем нравилась.
Антония.
Тони единственная, кто вышел из этой истории без потерь. Чувствовала она себя замечательно, выспалась просто чудесно, силы восстанавливались, а с утра она даже успела забежать на кухню и получить там порцию малинового мусса. И рассказать сеньору Фаррра обо всем, что вчера произошло.
Конечно, по большому секрету!
Сеньор Фарра оценил, проникся и пообещал героине еще и апельсиновый крем к вечеру. Ну и ританам тоже…
– Антония! – обрадовался тан Адан.
– Дядюшка, доброе утро. Как ваше самочувствие?
– Спасибо, Тони. Намного лучше, чем могло быть.
Сейчас позавтракаю и поеду в больницу.
– Я сказала сеньору Фарра… рассказала про вчерашнее. Он обещал приготовить что-нибудь вкусненькое для ритан.
– Спасибо, Тони.
– Не стоит благодарности.
– Я не за это. Я за вчерашнее… тан Риалон мне все рассказал. Спасибо тебе… дочка.
Альба подавилась кофе.
Амадо выпучил глаза.
Тони улыбнулась.
– Дядя, если я могла помочь – разве можно было поступить иначе? Я знаю, вы бы сделали для меня то же самое.
Не сделали.
Даже не подумали бы. Адан это отлично понимал.
Но вслух говорить не стал, и вместо ответа улыбнулся.
– Тони, хочешь съездить с нами в больницу? Мы с Альбой поедем – будет хорошо приехать туда всей семьей.
Семьей.
Вот так. Слово сказано. И Тони его приняла.
– Дядя, я не возражаю. Но мне потом надо будет в полицию, помните, по тому случаю у пруда…
– Да, конечно. Они еще ни в чем не разобрались?
– Нет, – качнула головой Тони.
