– Тан Риалон, к чему этот разговор?
– Мой сын увлечен вами. Я это вижу и знаю.
– И вы хотите, чтобы кровь Лассара влилась в вашу семью? Усиливая Риалонов?
– Допустим?
– Тан Риалон, – глаза Тони были безнадежно уставшими. Словно даже потухшими. – Я НЕ ХОЧУ замуж за Амадо. Более того, я хочу, чтобы мой муж стал Лассара. Моя семья не заслуживает окончательной гибели.
– Вы уверены, что ваши родственники посчитаются с вашим мнением? – не удержался Эрнесто.
– Уверена, что
– Тогда стоит ли проявлять ненужное благородство?
Ответом некроманту был насмешливый взгляд светлых глаз.
– Благородство ненужным не бывает.
Кто знает, куда бы зашел разговор, но в комнату вернулся сеньор Вальдес. И протянул Тони небольшой бумажный сверток.
– Все ее вещи. Одежда, туфли…
Тони кивнула, положила сверток на свободный стол и развернула. Достала оттуда первое, что попалось, туфельку. Сжала в руках.
А потом…
Мужчинам, которые за этим наблюдали, показались разные вещи.
Серхио – что у девушки вдруг побелели и лицо, и руки. И глаза закатились.
Эрнесто увидел, как вокруг Антонии сгущается белесая дымка. И кажется, даже услышал какие-то голоса. Но не смог ничего разобрать.
Тони сжимала в руках туфельку. Старенькую, с потрепанной подошвой, с обшарпанным носочком, с испачканным в грязи бантиком – и была на темной улице, по которой спешила домой Катарина.
Спешила домой с работы.
Там ее ждал муж.
Ждал, а у нее еще ужин не готов… наверное, ругаться будет. Что она за жена такая? Ни мужа не обиходить, ни дом…
А что она вынуждена надрываться в закусочной… ну так что же? А у других баб еще и дети, и как-то ж они справляются?!
Правда?
Правда…
Спина болела от подносов с тарелками, болели руки, болели ноги – поди, походи между столиками, то принося тарелки, то собирая их… а муж еще ругаться будет. Приличные бабы задницами по харчевням не крутят…
Эх, была бы у нее возможность… но Пабло зарабатывает так мало… слишком мало…
Задумавшись, Катарина и не заметила, как метнулась из подворотни темная тень. И только когда что-то ледяное коснулось горла…
Нет, она даже крикнуть не успела, проваливаясь в темноту.
Увидеть, что с ней случилось?
Она тоже не смогла. На нее напали со спины, из темноты… она ничего не успела.
Ничего… даже побыть счастливой.
Тони медленно открыла глаза. Мужчины смотрели на нее серьезно, задумчиво.
– Ну и мразь же ее муженек, – хрипло припечатала девушка.
– Мразь?
– Она целыми днями убивалась на работе, а он не мог себе дела найти. Сидел, ждал ее дома, еще и ругался. Ее звали Катарина?
– Да.
– Мужа – Пабло.
– Да, – кивнул сеньор Вальдес. – Тони, милая! Вам удалось призвать ее душу?
Тони качнула головой.
– Не то чтобы призвать… такое ощущение, что она далеко, очень далеко…
Мужчины переглянулись – и безоговорочно поверили. Эрнесто тоже не мог призвать душу, потому что ее… что?!
Но у Лассара больше… не сил, не опыта. Нет. Лассара – древний род, а для некромантов и это важно. Когда поколение за поколением живет со Смертью за плечом, это отражается на человеке. Это видно, это чувствуется…
– И что вы увидели?
– Она ничего не знает. Было темно, она спешила домой. Потом ее схватили, а горла коснулось нечто ледяное. И она больше ничего не знает, – озвучила Тони.
– Вот даже как… Тони, а вы можете это проделать еще раз?
Тони пожала плечами.
– Не знаю. А зачем?
– Потому что обычно, когда призывают дух, я могу задать свои вопросы. А вот сейчас… к примеру, была ли там тень на мостовой? Если на нее напали из тени, значит, рядом был свет, и на мостовой могло быть видно… хоть что-то! Это холодное – металлическое – или нет?
Тони пожала плечами.
– На один вопрос я могу ответить. – Она сосредоточилась, вспомнила тень на мостовой. Действительно, это было. – Тень… да, но она была бесформенной и размытой. У нее не было четких очертаний.
Металлическое?
Или…
Когда Тони была… там… ощущений там не было. Был холод – и все. Поэтому металлическое или нет… она не знала. Не могла ответить.
– Это уже хорошо. Ритана, вы можете так же попробовать и с другими?
– Другими?
– Шесть девушек, ритана. Шесть…
Тони поежилась, обхватывая себя за плечи.
– Не знаю. Мне нужно что-то, что было на них в момент смерти. Тогда я смогу… попробовать.
– И в меру, – некромант подхватил Тони до того, как та окончательно замерзла – Накиньте, ритана.
Лабораторный халат – не слишком теплый, но все-таки лучше, чем ничего. И стул с удобной спинкой, чтобы опереться. И чашка горячего крепкого кофе.
Тони вдохнула его запах – и даже глаза прикрыла от удовольствия.
– Тан Риалон…
– Можно просто Эрнесто… коллега.
– Вы старше меня, – констатировала факт Тони – И… окружающие не поймут.
– Тан Эрнесто?
– Хорошо, тан Эрнесто. Спасибо!
– И еще – вот.
Пирожки с малиновой начинкой были вообще восхитительными. Тони впилась в один из них зубами и даже глаза прикрыла от счастья. Противная внутренняя дрожь прекратилась.
Странно, что это с ней? Раньше так не было… или точнее – было не так. Было легче.
– Как это… неприятно.
