«Орлёнок» (1900). Драма, 6 актов полностью

От прошлого картины величавой,

Когда бросаю Цезаря ладью

И гениев бесстрашную семью

И закрываю, весь в слезах, Плутарха –

Передо мною тень отца-монарха,

И Александр, и славный Ганнибал…

Лакей

(появляясь у левой двери).

Что вы надеть изволите на бал?

Герцог (Прокешу).

Вот!

(Лакею, жестко).

Никуда сегодня я не еду.

(Лакей исчезает).

Прокеш

(просматривавший книги на столе).

Вам все теперь читать разрешено.

Герцог.

Да, наконец я одержал победу!

Те времена умчались прочь давно,

Когда, ведя меня на поле брани,

Истории меня учила Фанни,

Потом мне стали книги приносить…

Прокеш.

Эрцгерцогиня добрая, конечно?

Герцог.

Кого ж еще я мог о том просить?..

Она одна мне предана сердечно.

И я читал все ночи напролет…

Потом – лишь только луч дневной блеснет,

Я прятал книги наверху… на полог…

И так я спал под куполом из книг…

О, как я всю их красоту постиг!

Как до ночи казался день мне долог!

Историю читал я, как роман.

Я был от счастья, от восторга – пьян.

Днем на верху далеком балдахина

Дремали книги мирно, в вышине,

Но ночью пробуждалися оне,

И за картиной грезилась картина.

Я засыпал, и тайной властью сна

Являлася крылатая война:

Сражений шум я слышал в мраке ночи,

Лавровый дождь мне упадал на очи,

Мне виделся все он, все он, все он!..

Великие победы, с шумом, с блеском,

Скользили вкруг меня по занавескам

И наполняли мой мятежный сон…

Однажды Меттерних с серьезной миной

По-своему вел об отце рассказ,

А я старался выраженью глаз

Придать всю глупость кротости невинной.

Вдруг – страшный треск!.. То рухнул балдахин,

Не выдержав великой славы гнета,

И книги, книги сыпались без счета,

И заголовок был у всех один…

И все страницы повторяли хором

Одно лишь имя, что в душе живет!

Прокеш.

Что ж, Меттерних вскипел?

Герцог.

Наоборот,

Взглянул слегка насмешливым укором

И мне сказал, спокойно с кресла встав:

«Ого! У вас высоко книжный шкаф».

С тех пор я все читаю, что угодно.

Прокеш

(показывая на книгу).

И даже это?.. «Сын его»?..

Герцог.

О да!

Прокеш.

Но то, что пишут здесь, – неблагородно.

Герцог.

Несправедливой может быть вражда…

К тому ж нападки этой книги – пусты.

Здесь говорят о яде злой Локусты,

О том, что у меня враги вокруг,

О том, что я от яду умираю,

Но я б хотел сказать родному краю,

Что далеко прекрасней мой недуг.

Не мелодрама здесь и не отравой

Рейхштадтский герцог здесь томим…

Я болен – болен именем своим,

Звучащим грозной и могучей славой!

В нем пушек гром, в нем звон колоколов,

Оно звучит и шлет укор упорный

Ничтожеству и слабости позорной

Души моей – и я рыдать готов.

(Пошел к окну).

О, жаждать новые прибавить главы

К истории его побед и славы…

И лишь мечтать о том, что так светло,

Прижав к стеклу горящее чело!

(Подходит к Прокешу).

А иногда, стараясь позабыться,

В леса, поля лечу я на коне…

Я ветер пью, я мчусь быстрее ветра,

Чтобы убить безумную мечту.

Я мчусь, я мчусь, я забываю все:

Что я, кто я, о чем мне думать больно…

Вдыхаю пряный запах кожи, пыли,

Травы помятой… Наконец, усталый,

Разбитый, опьяненный и счастливый,

Остановлю коня на всем скаку,

Взгляну на небо, и в лазури ясной

Орла… орла я вижу мощный лет!

(Почти падает на кресло, сидит с минуту неподвижно, опустив голову на руки, потом глуше).

О, если бы в себя я мог поверить…

(С тоской смотрит на Прокеша).

Скажите, друг, вы знаете меня,

Что, если я – как часто ведь бывает –

Сын гения – ничтожество и только?

О… Меттерних меня в том уверяет.

Он прав, и как австриец он не может

Иначе поступать, но я дрожу,

Когда свои слова он преподносит,

Как Гентц мне леденцы из бонбоньерки.

Скажите мне, чего я стою, друг мой?

Могу ли императором я быть?

О Господи, ты знаешь все и видишь! (С отчаянием).

Но если бледность этого чела

Не бледность гордая Наполеона,

Так сделай так, чтоб Франции корона,

Увы, его коснуться не могла!

Прокеш (тронутый).

Но, принц…

Герцог.

О, друг мой, отвечайте мне…

Неужли презирать себя я должен?

Скажите откровенно мне, кто я?

Чтоб царствовать… Я знаю, у меня

И низок лоб, и руки слишком слабы…

Ответьте мне…

Прокеш

(важно, беря его за обе руки).

Мой милый принц, когда бы

Перед короной царственной своей

Все принцы так же сильно испытали

Боязни и сомнения печали –

То мы плохих не знали б королей!

Герцог

(с криком радости обнимая его).

Благодарю… Вы придали мне силы…

Теперь – работать, друг мой, милый друг!..

5. Герцог, Прокеш, потом Тереза.

(Входит лакей, ставит на стол поднос с письмами и выходит. Это тот самый, которого привратник называл Пьемонтцем).

Прокеш.

Вам почту принесли. Как много писем!

Герцог.

От женщин… Эти до меня доходят.

Прокеш.

Какой успех…

Герцог