Пашка ждал меня внизу, задремав на переднем сиденье. Загрузившись в автомобиль, мы понеслись к дому Коровина. Всю дорогу я молил высшие силы лишь о том, чтобы в его квартире не оказалось моей Илоны. Я готов был волосы на себе рвать от безысходности, в полной мере осознавая, что она не сможет пережить очередного повторения пережитого в юности кошмара. Сломается, окончательно, а я просто сойду с ума, буду убивать всех причастных голыми руками, зачем мне нужна жизнь, в которой не будет Илоны? Именно сейчас, стоя на краю пропасти я отчётливо осознал, Синеглазка всё для меня и если с ней что-то произойдёт, не раздумывая уйду следом…
Втиснувшись в малогабаритную квартиру заявительницы, брат лично спросил её, что она слышала и почему решила обратиться в дежурную часть. Перед нами стояла бойкая худенькая старушка с ярко накрашенными губами. Поправив пальцем очки на переносице, она сдвинула брови внимательно изучая удостоверение Богдана и удовлетворённо кивнув наконец-то удостоила нас ответа.
- Что же вы так долго ехали, ребятушки? Я с полуночи пытаюсь добиться вызова дежурной группы. Понимаете, сплю я очень чутко, болезненно реагирую на любой шум, а тут проснулась и сердце моё зашлось, слышу, будто о стену что-то ударилось, а потом девушка закричала. Дежурный ответил мне, что это не является основанием для выезда. Но я не успокоилась, стул ближе к стене подвинула и села на него, прислушиваясь. А ближе к трём часам ночи, донеслось до меня, словно стонет кто, но потом вдруг резко всё прекратилось и лишь пьяный мужской смех не позволил заснуть до самого утра.
- А утром зачем звонили? Ещё что-то подозрительное слышали?
- В том и дело, что ничего. Полная тишина. А ведь никто не выходил оттуда, дверь не хлопала. Я в шесть утра встаю каждый день, обычно сосед к восьми на работу уходит, слышу, как замки закрывает, а сегодня-то день рабочий, но он никуда не выходил.
- Разберёмся, - ответил брат, - вы пока здесь оставайтесь, если что понятой будете.
- Конечно, я всегда готова помочь правоохранителям, вон и паспорт уже приготовила, - кивнула она на тумбочку.
Нажав кнопку звонка Богдан полностью утопил её не отнимая палец.
- Кого там чёрт принёс? - раздался недовольный голос из-за дверей, спустя минуты три.
- Соседи снизу, заливаешь ты нас мужик.
- Какого х.. - ответил невидимый собеседник, отпирая тяжёлую новомодную дверь.
Оттеснив еле стоящего на ногах Коровина к стене, мы тотчас ворвались в коридор.
- Э, чо за дела, мужики? Вы кто? – произнёс он, оглушая нас стойким амбре после ночных возлияний.
- Кто там, Генчик? – вылез из комнаты второй не менее помятый тип.
Представившись, брат поставил их в известность о жалобе соседей на шум из квартиры, спросив разрешение на осмотр.
- Да всё ровно у нас, командир, эта бабка весь подъезд уже достала своими претензиями.
Достав кошелёк из пиджака, висящего в шкафу, он вытащил из него несколько пятитысячных купюр и протянул Богдану, предлагая замять всё здесь и сейчас.
- Взятка при исполнении? – ухмыльнулся брат. - Миронов, осмотрись тут!
Пашка будто только и ждал, когда брательник даст ему отмашку. Ринувшись в дальнюю комнату под возмущённые возгласы хозяина, он лишь на минуту скрылся в дверном проёме и тут же выбежал с окаменевшим от ужаса лицом.
- Богдан, вызывай экипаж для задержания, эти мудаки такое сотворили!
- Что там, Паш? – с дрожью в голосе произнёс я и одним движением заломил Коровину руки за спину, впихнув его в комнату.
Богдан последовал моему примеру, отправив с глаз долой второго квартиранта.
Захлопнув двери комнаты, что, по-видимому, служила Коровину залом, я снял кожаный ремень с вешалки и крепко стянул им ручки настороженно отправившись следом за Пашкой.
Друг словно истукан застыл у кровати на которой лежала молоденькая девчонка. Тонкие изящные запястья были намертво перетянуты широким скотчем и заведены за голову. На обнажённом теле виднелись набухающие синяки и многочисленные то ли ссадины, то ли царапины. Её плотно сомкнутые веки подрагивали, выдавая то, что девушка находится в сознании, но боится открыть глаза.
- Илона… сестрёнка… как же так? Неужели снова? Почему?.. – вдруг прошептал Мирон, с размаху бухнувшись на колени перед кроватью.
Дрожащей рукой он дотронулся до связанных рук незнакомки, пытаясь разорвать клейкую ленту, что причиняла ей боль. Кисти рук уже приобрели синюшный оттенок и понемногу начали отекать.
- Это не она! – нервно улыбнувшись произнёс я, дёрнув Мирона за плечо. – Это не Илона, Пашка, приди в себя! Это не Илона!!!
- Как же это? – отрешённо ответил он. – Вот же… и мразь эта здесь… он не спроста охотился за сестричкой…
- Не надо… прошу вас… я никому ничего не скажу! – вдруг прохрипела девчонка, распахнув глаза. – Мне больно… не трогайте… не надо…
Из глаз её градом катились слёзы. С неимоверным ужасом она взирала на нашу троицу, умоляя о пощаде, а мы стояли рядом, не зная, как вести себя дальше. Лицо казалось мне смутно знакомым и сделав шаг ближе я наклонился, заставив её занервничать ещё больше.
