Теркель отчаянно пытался удержаться на плаву, но охотник продолжил давать показания. Говорил он много, как человек, который долгое время был отрезан от общения и теперь решил восполнить его дефицит. Тэллоу, Скарли и Бэт сумели предоставить достаточно доказательств тому, что история, состряпанная в оправдание административного отпуска, не держит воды, и Теркеля поместили под домашний арест.
А теперь дело воспарило к олимпийским высотам, где в разреженном воздухе обитают полицейские боги, от чьих решений зависят судьбы глупых смертных и хромающих детективов.
Тэллоу должен был явиться к лейтенанту в Эрикссон-плейс, чтобы официально расписаться за семидневный отпуск. Его заверили, что из этого отпуска он вернется на службу. Однако он поехал не туда. Он отправился на Бакстер-стрит, запарковал там новую машину – в смысле, для него новую, а так, похоже, она еще в каменном веке по дорогам каталась – и пошел в Томбс.
– Козлина, – поприветствовал его сержант, пока Тэллоу расписывался в журнале посетителей.
– Где он? – спросил Тэллоу. – Там же?
– Не знаю, приятель, о ком ты говоришь, – ответил сержант.
Тэллоу вздохнул и прочитал имя на сержантовом бейджике.
– Ну ладно. Вот спросит меня первый заместитель комиссара: так, мол, и так, Джон, как у нас дела в Томбс идут, а я возьму и назову твое имя. Ну и все про тебя расскажу, извини…
– Да пошел ты, – сказал сержант. – Там же он, там. Только что из суда привезли. Козлина.
– Спасибо, сержант, – с улыбкой ответил Тэллоу и похромал прочь.
Охотник лежал в одиночке и читал книгу. Впрочем, у него не было особого выбора, лежать или не лежать. Костыли стояли рядом с койкой, ноги сплошь покрывал гипс, спину и шею поддерживали корсеты. Травматологи сказали Тэллоу, что охотник еще легко отделался: его просто вынесло через закрытую дверь, а могло и машиной переехать. А так стены приняли на себя основной удар, когда машина врезалась в дверную нишу. Кто-то нацепил на охотника дешевый костюм. Ботинки он снял.
– Здравствуйте, детектив, – сказал охотник. – Извините, что не встаю. На данный момент мне необходимы двое человек, чтобы подняться.
– Привет.
Тэллоу до сих пор не мог заставить себя произнести его имя. Обычное человеческое имя умалило бы его, а Тэллоу не хотел умалять такого человека.
– Я только что из суда, – сказал охотник, не поднимая глаз от книги. – Выходит, я проживу долгую и плодотворную жизнь.
– Я слышал, – сказал Тэллоу.
Судебное решение уже огласили. В обмен на сотрудничество – и во многом ради того, чтобы избежать дрязг вокруг неприятного вопроса, может ли не получавший лечения шизофреник нести ответственность за свои действия в течение двадцати лет, – охотник приговаривался к пожизненному заключению без возможности условного освобождения в тюрьме максимально строгого режима, возможно Синг-Синге.
– Что ж, – сказал охотник, по-прежнему не отрывая взгляда от книги, – вы собираетесь меня сегодня расспрашивать?
– У меня остался один вопрос, – кивнул Тэллоу. – Для чего были нужны пистолеты на стене? Это был вампум?
Охотник просиял и вскинул на Тэллоу полный восторга взгляд:
– Вампум! Вы поняли!
– То есть это был пояс-вампум вокруг всей квартиры?
– Вы почти догадались, детектив. Да, это был вампум. Вампум – это информация. Так же как и картина, песня, музыка и танец. Вы можете представить себе это – черт, даже я могу себе это представить, в меня столько лекарств вкачали – как гигантскую машину. Огромную, величиной с целую квартиру машину, как те первые компьютеры, которые занимали всю комнату. И вот эта машина работает по собственной программе.
– Но вы ее не завершили, не так ли? – спросил Тэллоу. – Когда я вошел в комнату, я увидел пустующие места. На которых должно было что-то висеть.
– Это так. Я еще не закончил. Каждая деталь должна быть на своем месте. Каждая деталь должна быть напоена магией машины, должна выполнять свою роль в программе.
– А зачем?
– Что вы знаете о Пляске Духов, детектив?
Тэллоу нахмурился:
– Я обычно так далеко в прошлое не копаю, меня интересует более современная история. Я знаю, что это что-то связанное с индейцами. Какое-то волшебство, с помощью которого можно убить всех белых людей.
– Это одно из толкований. История на самом деле сложнее, но у меня сейчас нет сил рассказывать все подробно. Но суть в том, что Пляска Духов – это сложный ритуал, богатый смыслами. Если исполнить его правильно, он будет иметь несколько последствий. Все белые и принесенное ими зло исчезнут из Северной Америки. Вернутся к жизни все умершие прежде индейцы. А земля обновится и исполнится новых запасов, ибо освободится от всего, что устроили на ней белые люди. Вы понимаете, к чему я веду, детектив?
– Не совсем, – медленно ответил Тэллоу.
– Я строил ритуальную машину, которая по завершении должна была исполнить ту же миссию, что и Пляска Духов. Будучи законченной и запущенной, или рассказанной и станцованной, если хотите, она бы превратила Манхэттен в старую Манахатту, остров лесов и холмов, и мой народ вернулся бы сюда.
– Но вы же не индеец, – проговорил Тэллоу.
– Абсолютно, – подтвердил охотник.
