Карманы истлели, рядом с трупом ничего любопытного не нашлось, но мое внимание привлекла сжатая правая кисть, вытянутая вдоль стены, как будто в последнее свое мгновение парень пытался выставить ее из возможного завала. Что-то спасал? Угу…
Кости, в отличие от кевларовых нитей, крепкими оказались только на вид – от прикосновения они рассыпались мелким крошевом, как закаленное лобовое стекло при попадании булыжника. Любопытный эффект. Снова сок? Ладно, бог с ним. Главное, что в ладони погибшего действительно что-то было. При ближайшем рассмотрении это «что-то» оказалось невзрачной черной пластинкой без опознавательных знаков.
– Зевс, видишь что-нибудь?
«Нужно обработать поверхность».
– Нечем. Может, нанами попробуем?
Отвечать Зевс не стал, но в кончиках пальцев привычно засвербело – мелкие помощники спешили покинуть тело-носитель и перебраться на новое место жительства. Ну вот, скоро у нас будет реальная картинка.
– Что за?..
Признаться, я ожидал чего угодно – особенно того, что пластинка окажется бесполезным куском металла, то бишь пустышкой – но только не этого: находка вдруг равномерно засветилась, пусть и тускло, и ощутимо потеплела.
«Это носитель информации».
Спасибо, кэп! А то я сам не понял.
«Слишком нестабильный».
А вот это уже хуже.
– Скопировать можешь?
«Поднеси к «ключу».
– Уверен?!
Подсаживать в собственную голову, мягко говоря, сомнительный информационный массив отчаянно не хотелось. Тем более, за здорово живешь.
«Поиск по ключевым понятиям «искин» и «саморазвивающийся» дал одиннадцать совпадений».
– Уже расшифровал?! – поразился я, и не задумываясь приложил пластинку ко лбу.
Логика, будь она неладна. Образование Трущоб – загадка. Появление Сора на планете – еще одна загадка. Так что ничего удивительного, что эти два явления связаны. Как именно – другой вопрос. Вот и выясним на досуге.
Кожу на лбу тем временем ощутимо обожгло, и находка вернулась в исходное состояние, то бишь куска безжизненного металла.
«Кластер обработан и заархивирован. Вероятность внедрения чужеродной информации в матрицу функциональных единиц – 0,017 %».
– Спасибо, успокоил, – в очередной раз буркнул я и потер пластинку между пальцами. Против ожидания, грязный налет устоял. – Ладно, поиграли в археологов, и будет. Есть у нас и другие дела.
На это Зевс, что характерно, возражений не нашел.
Сунув находку в карман джинсов, я прикрыл выполнившего-таки свою миссию мертвеца «пледом» и осторожно отправился в обратный путь.
– Вроде ничего так местечко… – задумчиво хмыкнул я, внимательно изучив тусклое пятно над головой.
Признаться, не ожидал, что самым сложным местом Плана окажется выход на поверхность. Нет, с нижних уровней катакомб мы выбрались без труда, пару раз свернув в отнорки, пол в которых едва ощутимо шел на подъем, а вот дальше… на пути попадались либо перекрытые решетками, а то и вовсе бронедверями тоннели, связанные в единую систему с подвалами высоток, либо завалы, либо, как сейчас, идущие под дорожным полотном норы ливневой канализации – судя по грудам мусора и характерному амбре. Последнее обстоятельство, хоть и неприятное, внушало надежду, поэтому сворачивать куда-либо еще не стали. Брели, поглядывая то под ноги, то на потолок, и в конце концов были вознаграждены – относительно невысоко, стоит лишь протянуть руку, красовалось отверстие подозрительно правильной формы, забранное к тому же хлипковатой на вид решеткой с шестигранными ячейками. Мало того, из дыры доносились привычные звуки оживленной городской улицы – топот, шелест голосов и вой проносящихся на нижнем воздушном горизонте глайдеров. Да и наземного транспорта хватало – потолок периодически содрогался и постоянно вибрировал.
– Ты уверен? – не вытерпела Кийоко, окинув меня подозрительным взглядом.
Ага, красавчик – мало того, что весь в запекшейся крови, так еще и изгваздался порядочно. Впрочем, как и спутница. Но по ее виду хотя бы не скажешь, что ее долго и успешно мутузили.
– Думаешь, прохожих напугаю? – усмехнулся я. – Так плевать. Их реакция Плану не помеха.
– Делай, как знаешь, – сдалась девушка.
Вот и ладненько. Хотя ее понять можно – уже минут сорок я стоически выдерживал все ее атаки и молчал, как рыба об лед. Причем и по поводу довольно длительной отлучки, и по поводу Плана. Да, именно так, с большой буквы. Кийоко, кстати, это тоже прочувствовала и умудрялась выделять интонацией всякий раз, как обрушивала на меня новую порцию вопросов.
