Солнце сегодня светило, но грело. Осень вступила в свои права, так что в городе было прохладно и довольно сухо. Впрочем — перипетии погоды не мешали жителям этого города направляться по своим делам. Когда я вышел из кузнецы Хурена, улица Мастеров уже вовсю гудела от работы и посетителей. Я-же держал путь к Ремесленному Банку. Требовалось выяснить каков функционал банков в этом мире, можно ли создать вклад? Взять кредит? В долг? Положить что-то ценное, или провести какую-нибудь финансовую операцию? До акционерных обществ они, ещё, вроде не дошли. Точнее сами банки, каких в этом мире пруд пруди уж точно имеют схему акционерного общества. Но то что такую схему можно применять к любому предприятию — не факт что они додумались.
Впрочем, какие-никакие особенности акционерного общества могут быть присущи местным мануфактурам и даже гильдиям. В моих мечтах было создать что-то, что обеспечило бы меня до конца дней моих. Хотя я и наследник целого Герцогства, будем честны, не факт, что мне удастся вернуться. Поэтому мне придётся прорабатывать альтернативные пути становления в этом мире кем-то, кто имеет добрую крышу над головой и достойный достаток. А чему я действительно научился в первом своём мире? Финансировать… Инвестировать… Выкупать. Что уж говорить — я был дельцом по натуре, циничным и прагматичным. И если меня устроит текущее состояние экономики в мире, я смогу применить парочку своих навыков здесь.
В Империи… В Ремесленных Городах… В Фловерруме… Везде, где смогу. Хотя учитывая размеры здешних государств — лучше бы мне сосредоточиться в одной стране. Полностью покрыть все страны я не смогу при всём желании. Но до всего этого пока жить и жить. В конце концов — я всё ещё оруженосец целого рыцаря, примерно человек на уровне слуги. И это ещё спасибо, что мне достался адекватный рыцарь, предел которого — это заниматься психоанализом доставшегося ему мальчишки. А ещё он развивает талант этого тела, который, уж точно, не маленький. Огромное количество людей на улице не было мне помехой.
А вот вор, который попытался стянуть у меня кошель, привязанный к поясу, тут же поплатился за свою наглость. Заметить и отловить вора, точнее, воровку, труда не составило. Девушка, в обычной, малопримечательной одежде, столкнулась со мной и стащила мешочек, который я прикрепил к поясу.
— Извините, — произнесла она, а после рефлекторно поднесла мешочек, набитый камушками к глазам. Кошели вешали на пояс, считается, что на самом видном месте. Некоторые уникумы зашивали деньги в шляпы и лишь самые умные заказывали у портных внутренний карманы-подкладки. Я не считал себя умным, но неуклонно стремился к данному титулу и деньги вне внутренних карманов вообще не носил. А на пояс вешал мешочек с камешками, которые отыгрывали роль туго набитого кошеля.
Я схватил девушку за руку и выволок её в сторону, из толпы, а после выхватил свой бутафорный кошель и вытряхнул камешки на улицу. Приблизившись к её глазам, я прошипел:
— Это твой последний раз. Ещё раз попытаешься меня обокрасть и я разрублю тебя на две части, от вагины и до мозгов, — я положил руку на рукоять меча, точащую из ножен. — И никто не ничего не сделает, по закону Империи, ведь, можно защищать своё имущество от посягательства вора. Мы друг друга поняли?
Девушка кивнула.
— Тогда вали, — отшвырнул я её. Нет ну что за дура? Лезть к вооружённому человеку… И чего это она к мещанам не лезет? По моему виду может быть ясно, что меч на пояс я не для красоты повесил и, случись что, смогу достать его и применить по назначению. Вернувшись на основную улицу я двинулся дальше, к банку.
Центральная площадь, недалеко от управы Курфюрста, так и пестрила людьми разного положения и достатка. Хотя те, что побогаче, носили соответствующую одежду, а так же — некоторые из них имели собственную охрану, на которую, порой, могли коситься Стражи Гарнизона. Здание Ремесленного Банка находилось прямо у дороги, что вела от площади к Восточным Вратам, они же Врата в Империю. Само здание было трёхэтажным, выстроенное из камня и содержало в себе причудливые фигуры и росписи. У окон стояли скульптуры, что изображали причудливых людей, в плащах и держащих в протянутых вперёд руках нечто похожее на мешочек с деньгами. Интересные скульптуры. Стража Банка, представленная четырьмя мужчинами в полных, латных доспехах, да при алебардах стояла и меланхолично наблюдала за толпой, что ходила по площади.
Доспехи сверкали на Солнце, слепя людей. Я было двинулся внутрь банка, как меня вдруг один из стражей остановил.
— В чём дело? — спросил я у мужчины.
— В банке запрещено личное оружие, — произнёс мужчина. — Будьте добры: сдать его.
— А доспех? — спросил я, хлопнув по гамбезону.
— В доспехе можно, — произнёс страж, — но оружие сдайте. Будьте покойны, никто его у нас, кроме вас, не заберёт.
— Правила есть правила, — пожал я плечами и достал ножны с мечом, передав их стражнику в руки. Второй стражник протянул мне что-то. Взяв предмет в руки я обнаружил, что это табличка с номером.
— Нам приятно, что вы не начали ругаться с нами, — сказал мужчина.
