И десять километров явно мало для его привычки, обычно караван Дейтриха за день, по моим ощущениям, проходил под сорок-пятьдесят. А тут только вышли и сразу встали. Впрочем, в качестве оправдания могло сойти то, что мы вышли днём, после обеда, дескать припозднились и решили переночевать в удобном месте. Всё одно лучше, чем в чистом поле, где ветры, порой, так завывали, да и холод пробирал до костей. И это ещё не самая жестокая зима, на какую способна эта страна, да и зима была уже на излёте, так сказать, весна наступила… Впрочем, по температуре и не скажешь. Даже ночуя в огромном экипаже, которым владел наш наниматель, который вроде бы и полностью закрывается, а главное плотно, мне было холодно.
И каждое утро я ещё любил хоть немного помыться. Вот только… В этом блядском походе не было воды. Точнее она использовалась исключительно для варки чего-либо, или для питья. Хочешь вымыться — надейся, что по пути может обнаружиться речушка или озеро. А если нет, то роса тебе в помощь. Может не заболеешь. Тут Дейтрих не терпел никаких полумер, только проснулись — встали и в путь. Порой мы останавливались в тавернах по пути, где я мог нормально вымыться. Быть грязным я в этом мире откровенно говоря боялся. В голове всплывали то ли байки, то ли реальные рассказы о средневековье. Когда повсюду царила чума, тиф и дизентерия. Когда даже физически сильные, молодые мужчины, могли сгореть от болезни за какие-то пару дней, элементарно потому, что перестали следить за гигиеной, или получили себе чуму в качестве подарка в каком-нибудь месте антисанитарии, где летали какие-нибудь блохи. Про существование классического списка болезней в этом мире я знал из слов лекаря, что меня латал после защиты проституток в Ридермарке. Как лечится чума? Вопрос к врачу… Вроде какие-то антибиотики, кажется антибиотики — это в принципе яды, но в малых количествах.
Мне не хватает, увы, полноценных знаний из биологии. Помню только, что первый антибиотик выделили из какой-то плесени. Плесень… Это вроде бы грибы… Наверное они использовали это соединение, чтобы защищаться от бактерий. И для нас, людей, при правильных концентрациях, яд является лекарством. Яд, в малых дозах, человека не убьёт, если это конечно не очень уж уникальный яд, зато сработает, как лекарство, убив не нужные нам бактерии. Помнится знакомый врач называл процесс борьбы с бактериальной болезнью «протравливанием». И то что антибиотиков в этом мире нет я не сомневался. У меня витала мысль, к слову, использовать яды, как лекарство, просто разбавив их концентрацию водой… Но в итоге я решил просто соблюдать меры по защите своего организма. Учитывая мои познания в медицине, ядах и лекарствах-антибиотиков, точнее их повальное отсутствие, или же… Присутствие лишь того, чем обучают в школе всех и то по-минимому — лучшее решение для меня будет не попадаться на крючок болезней. Как это делать? Здоровый образ жизни, к которому меня располагают мои приключения, плюс гигиена, за которой я с фанатизмом следил. Я такими темпами скоро превращусь в фанатика-параноика, который будет бояться абсолютно всего, что вокруг… Но лично я ничего в этом зазорного не видел… Главное совсем уж до крайности не доходить. Знайте меру в паранойе…
Здание таверны выглядело обветшалым. Дерево поросло мхом, кое-где начали отваливаться доски.
— Тьфу, — произнёс Гельмут, рассмотрев здание. — В поле и то лучше ночевать.
— Капитан, вы просто надираетесь так, что для вас и северное запустенье — теплейшее место, — произнёс Лотрик. — У вас от алкоголя такое лицо, словно вы каждый день спите на груди Принцессы Дарлы.
Я поперхнулся водой, которую как раз решил выпить из фляги, от сравнения Лотрика и с неким офигеванием покосился на него. Сир Ян усмехнулся, он уже вполне неплохо может понимать о чём идёт речь на кхандарском.
— Люцион, с тобой всё в порядке? — спросил Дейтрих.
— В порядке, — подтвердил я, — просто сравнение странное.
— Лотрик никогда не умел их делать, — произнёс Гельмут. — Привыкай, он любит сказануть так, что все падают. Помнится, его даже за это чуть не убили.
