Мужчина оставил со мной все мои вещи и отправился к вратам города. Я же расположился неподалёку от дороги города. Чтобы попасть к вратам города надо пройти ров, наполненный водой. В спокойное время, в которое мы и прибыли сюда — через ров был перекинут огромный мост, на котором толпились люди разного достатка. Положив все вещи рядом, я уселся и стал ждать. Для того, чтобы убить время, я вытащил из своей сумки, как я её называл, книгу и стал читать. Замудрённый язык некоторых книг меня здесь открыто бесил. Впрочем, это не означало, что книги не читаемы. Вдобавок, в последнее время, я всё чаще ловил себя на мысли, что привыкаю к этой эстетике средневековья. Привыкаю мыться в речушках и прудах, что встречались по пути, срать в кустах, из-за отсутствия нормального туалета… А уж какие проблемы я встретил, когда надо было бриться… Брил меня обычно сир Ян и оставил пару порезов на моём лице лезвием бритвы. Вот уж удивительно — мечник-то он не из последних. Вместе с чтением книги я, порой, внимательно осматривался, ища Кройфа, что мог нас преследовать. Но однорукого фехтмейстера не было видно от слова совсем. Читал я книги, что подходили под описание «научные». Либо это были описания восточных земель — Фловеррума, Лидерольона, Ремесленных городов, останки Кушанира, или даже Махото. Либо изучал врачевание. Академикусы Имперских Академий позаботились о том, чтобы обеспечить этот мир толковыми трудами.
А врачевание — это то, что может пригодиться в любой момент. Хотя некоторые главы и книги я банально перечитывал, чтобы заучить наизусть и мочь привлечь свои знания в любой момент. В конце-концов — с нашей жизнью ты буквально не знаешь, когда тебе придётся оказывать кому-то первую помощь. Сир Ян поощрял мои изыскания по книгам. Он как никто другой прекрасно представляет жизнь на большаке и какие персоналии там могут встретится, да что запросить в обмен на жизнь. Сира Яна, как-то долго даже не было. Ко мне никто не подходил. Никто не хотел отвлекать вооружённого человека от книг, да ещё и с такой, экзотической внешностью.
Но вдруг послышался крик. Он шёл со стороны небольшого озерца, в который впадала парочка речушек, идущих от рва. Вообще, по-хорошему такие источники водоёмов следует осушать. Мало ли — осаждающие его используют для себя. Впрочем, когда последний раз Грюнтурбург пытались осаждать? Лет сто назад… С тех пор здесь открылась даже Военная Академия, расквартирована полноценная Армия Империи. Да и такие стены… Осаждать этот город может только либо хорошо подготовленная армия, либо самоубийца. Но что там за крик? Я обернулся, дабы посмотреть и увидел одинокую фигуру в чёрной одежде, а так же зевак, находящихся рядом.
В озерце, рядом с которым они столпились, что-то плескалось… Что-то… Похожее на ребёнка? Он тонет? Но люди не спешили помогать, почему-то. А мне помочь было не трудно. Вот только — что делать с вещами? Я оглянулся и обнаружил рядом стоящий патруль Гарнизона, что шёл, явно из таверны, которая стояла неподалёку. Они стали у дороги, и посматривали на толпу, что собиралась у озера. Так что за имущество я не беспокоился, взяв лишь меч, я ринулся к озеру, на ходу скидывая стёганку. Как-бы я не был эгоистичен, но видеть, как тонет ребёнок — это уже выше моего эгоизма. Так что я, распихав людей, некоторых грубо, во разные стороны и на ходу освободившись ещё от рубахи и сапог, ринулся в воду. Единственное, что было у меня при себе — меч из митриловой стали. Он был лёгким и мне особо не мешал. Я взял его потому что боялся, что Кройф, или кто-то другой, его себе прикарманит. Быстро доплыв до ребёнка, я увидел, что мальчишка, а это был мальчик лет десяти, уже почти закончил свой жизненный путь. Разглядеть его мне удалось во всех подробностях из-за глаз истин. Ухватившись за его спину, приобняв, я стал пытаться грести в сторону берега. Тут метра два глубины, но глубина быстро кончается. Стоит проплыть метров пять к берегу и воды уже будет мне по плечевой пояс.
На это я и рассчитывал — что как только стану на ноги — всё станет в разы проще. И мой расчёт оправдался, хотя я и потратил множество сил. Я выбрался с мальчиком на мелководье, а дальше вытянуть его было дело техники. Может немного грубовато, я опустил мальчика на песок.
— Спасибо за помощь, уважаемые граждане, — сообщил я присутствующим. — Ваша помощь в спасении ребёнка — неоценима.
