В левом углу, около сторожевой башни, огорожен большой кусок земли. Сюда никто из посторонних не заходит, даже домашняя живность — и та обходит его стороной. Здесь тренируется замковая стража и Коты. За ними так интересно смотреть со стороны!
Только страшновато…
Они так машут своими мечами — того и гляди, кому-нибудь что-то отрубят. Один раз я видел, как выбитый сильным ударом меч, отлетев в сторону, косо воткнулся в столб. Ничего себе… а если бы там человек в это время проходил? Сестра Агея тогда сильно ворчала на солдат и выговаривала сержанту Лексли — он у них тут главный.
А он только в усы ухмылялся…
Именно к нему мы с матерью сейчас и направляемся. Сержант как всегда в заботах. Держа в руке меч, он объясняет двоим новичкам какой-то приём. Увидев нас, прерывает свои занятия и отсылает обоих парней на площадку — помахать мечами там.
Подойдя к нему, мать здоровается. Странное дело, но столь грозный воин (а я не раз видел, как робели от его слов здоровенные мужики), к ней относится с подчеркнутым уважением и чуть ли не с опаской.
В двух словах она рассказывает Коту о моих намерениях.
— Строителем, молодой лорд? — тот ставит к стене свой меч. — Похвальная мысль! Строить… да, это не мечом махать! Память можно оставить на века — замки стоят долго!
Честно говоря, я как-то даже растерялся — настолько неожиданными оказались эти слова в его устах. Да и мать, похоже, несколько удивилась.
— Если, правда, эти замки никто не разрушит… что, увы, тоже частенько бывает в наших краях…
— Зачем? — в моем голосе слышится искреннее удивление.
— Да как тебе сказать, Сандр… — сержант делает приглашающий жест, и мы с матерью опускаемся на скамью. — Войны — они иногда возникают как-то сами собой… И тогда рушат не только замки — сжигают целые города!
— Так надо не допускать подобного! — у меня аж кулаки сжались.
— Как, молодой лорд?
— Ну… у тебя же есть солдаты!
— Они есть и у врага. Иногда — так и намного больше.
— Стены высоки и крепки! С них можно долго отбиваться!
— Можно. Но не слишком долго, как показывает опыт. Да и, кроме этого, многое зависит также и от того, кто командует этими самыми солдатами. Как с одной стороны — так и с другой. Если умнее вождь обороняющихся — они могут победить. И тогда — стенам стоять долго. А вот если наоборот…
Подобного расклада событий я как-то и не мог предвидеть. Вот тебе и здрасьте, как иногда говорит мать…
— И что же делать? У нас — опытный вождь?
Кот улыбается.
— Пока над воротами замка висит наш флаг, немного найдется желающих попробовать их на прочность. Но все меняется, Сандр! И никто не может исключить возможности того, что во главе защитников придётся встать твоей матери…
— Почему ей?! А я?! Ведь я — единственный мужчина в роду!
— А кто тут собрался стать строителем? Или я чего-то не понял?
И что ему отвечать?
— Пойми, сын мой, — берет меня за руку мать, — ни одной матери не хотелось бы видеть своего сына воином — слишком велик риск его потерять! Да, безопаснее работать строителем или портным — они не воюют. Но ты — ты не просто сам по себе мальчик! Ты — сын своего отца! И одно это — обязывает уже очень ко многому!
— К чему же? — мой голос прямо-таки ломается от негодования. — Ведь лорд может делать всё что захочет!
— Формально — это так, — кивает Лексли. — Но вступив в артель каменщиков, ты очень быстро перестанешь быть лордом. На это место тотчас же найдется немало желающих, уж поверь! Да и после этого долгой жизни никто не гарантирует. Пусть и бывший, но лорд! А стало быть — опасен! Кто знает, может и работа подмастерья тебе тоже вскоре надоест. И положение лорда снова покажется не таким уж и плохим… А место — уже занято, там сидит новый лорд.
— Отчего же — подмастерья?
— А ты, молодой лорд, знаешь достаточно, чтобы стать сразу мастером?
— Ну… я буду учиться!
— А есть что будешь все это время? Все десять лет?
— Десять?
— По закону держать экзамен на мастера можно только после десяти лет работы подмастерьем.
— Лорду тоже?!
— Среди подмастерьев нет лордов — есть только обычные люди.
Вот это да… Замолкаю, ибо даже не могу привести ни одного аргумента в свою защиту.
— Дело в том, Сандр, — присаживается рядом Кот, — что ты — не просто лорд, каких, откровенно говоря, хватает. Ты — сын Серого! Никто — ни один король или герцог, не сможет спокойно спать, зная о том, что где-то рядом, затесавшись в толпу каменщиков, ходит Серый…
— Но я — не он!
— Пока… И то, это ещё толком не понятно. Никто не знает — кем ты станешь через год… или два. Тебя, в подобном случае, просто убьют. Будет ли это король или кто-то из врагов твоего отца — неизвестно. Но ждать — не станет никто. Как ты думаешь, почему тебя и твою мать охраняем именно мы?
— С вами никто не станет ссориться…
— Правильно, — кивает сержант. — Опять же — пока… пока слишком сильна память о твоем отце, и о том, что он сделал для королевства. Пока живы ещё военачальники, знавшие его лично. Но никто не вечен…
— И я тоже должен стать воином?
Мать вздыхает и прижимает к груди руки.
