И воз с соломой, забытый кем-то на повороте — в него-то я со всей дури и влетел. Разумеется, куча сена такого попадания (всё-таки я не совсем легкий, да ещё и в кольчуге…) не вынесла.
Рассыпалась — и рухнула вниз.
Аккурат мне на спину.
В последний момент успеваю перевернуться — чтобы зажмурить глаза при виде валящейся сверху копны. Сено с шумом рухнуло на меня, и вокруг сразу стало темно. Ну, не то, чтобы совсем стемнело — но видимость сразу ухудшилась. Я мог только слышать.
И было чего.
Топот ног — подбегают те самые парни в плащах.
Понятно, зачем им именно такие. Под ними удобно прятать арбалеты.
Вот оно, значит, как…
Его величество предусмотрел и этот вариант.
Надо было мне сесть на чужого коня!
Надо было — но не сел.
Лопух злокачественный!
Сколько их, этих бегунов?
Человек пять… или больше?
Не знаю, но пятерых я точно видел. А ведь и ещё кто-то может быть. Кто-то, кто проследил мой въезд именно в эту улочку и навел на меня стрелков. Стало быть, шестой… или даже седьмой.
Один хрен — для меня многовато. С таким количеством нападавших сладить не выйдет.
Так и что теперь? Помирать?
А вот уж хрен!
Изнутри накатывает какая-то темная волна, затапливая меня по самую макушку. Слышу, как скрипят зубы.
Подохнуть, валяясь в куче сухой травы? Как мышонок, ненароком прихлопнутый тяжелым сапогом?
Ну, вот уж фиг!
Я, может быть, и не Серый — но уж точно не зелёный! Кое-чему научиться успел… так что и на тот свет отправлюсь не в одиночестве…
Рукоятка Рунного клинка приглашающе толкнулась в ладонь. Сейчас, родной… чуток потерпи, ладно? Пусть они подойдут поближе — чтобы рубить наверняка. Стрелявшие видели, как я навернулся, и навряд ли станут перезаряжать своё оружие. Незачем, осталось только добить, если я ещё жив.
А я жив.
Пока.
И какое-то время ещё надеюсь прихватить.
Шаги. Совсем близко.
— Арни, а ты молодец! Навскидку ведь стрелял!
— Не в первый раз… бывало и хуже. И где его теперь искать в этой куче?
— Зачем искать? Лохав, высеки огоньку! Заодно мы его и поджарим!
— А тело обыскивать не станем? Может быть, у него с собой есть деньги — конь-то вон какой!
— Ага. И ты хочешь сказать, что хозяин такого коня стал бы носить старый плащ и простой солдатский шлем?
Шлем, между прочим, очень даже удобный — у нас вся дружина в таких ходит, даже Лексли! Прочный шлем — Гантовской работы. А что невзрачный — так зато крепкий!
А плащ, хоть и выглядит старым (ну да, шили-то его лет тридцать назад…) но на новый я его менять не стал бы. Не в красоте дело!
— Как скажешь, Гайр…
— Так и скажу! Нам не с руки тут долго торчать. Мало ли…
Взвизгнули мелкие камешки — кто-то присел на корточки.
Послышались удары кресала о кремень, и потянуло легким дымком.
— Ну, вот… — удовлетворённо произнес поджигатель. — Всего-то и дел…
Клинок словно прыгает ко мне в руку! Он же совсем рядом со мною сидит! Рукой подать!
Ну, рукой или нет — а клинок до него достаёт. Совсем немного, но дотягивается. Авось, тебе, милок, с того легче не станет… кровушки-то я пущу…
Уж и не знаю, каково там пришлось поджигателю, но вот по мне долбануло… словно бревном с крепостной стены! Всё тело пробило какой-то дрожью, точно кто-то невидимый схватил меня за руки и за ноги да хорошенько встряхнул. И весьма основательно встряхнул — аж зубы лязгнули!
Внезапно — будто затычки вынули из ушей!
Я явственно услышал, как переступает ногами мой Ветер — даже понял, где он сейчас стоит. Метрах в пятнадцати от этой кучи сена.
Почувствовал каждого из всех нападающих — они сгрудились совсем недалеко, столпились кучкой. Ага, товарища своего заметили?
А вот ему явно поплохело… Совсем не слышу более его дыхания.
Интересно, с чего бы это он так? Понятное дело, словить между ребер кусок отточенной стали в полпальца длинной — здоровее не станешь. Так ведь и не помрешь же… или он такой хлипкий да нежный? Угу, и в разбойниках… что-то тут, право слово, не стыкуется… нежный разбойник, надо же!
— Лохав?
Так, это кто-то из сотоварищей поджигателя. Обеспокоился, стало быть, здоровьем своего коллеги… сюда пошел.
Основная кучка от меня… ну, да — в десяти метрах. И один человек на подходе, топает сейчас прямиком к месту, где сидел поджигатель.
Вот тебя-то я и встречу…
Резко распрямляю полусогнутые ноги, отталкиваюсь рукою от чего-то твердого (задок телеги?) и — встаю во весь рост.
Тот, кто видел, как внезапно солнце освещает бывший только что темным уголок — может представить, какое впечатление я сейчас получил. Все очертания предметов вокруг вдруг приобрели какую-то особенную четкость и стали… более резкими, что ли… В голове словно подул холодный ветер, унося прочь все мои страхи и сомнения, а мышцы налились силой.
Вы пришли меня убивать, дорогие мои? А что там говорилось о тех, кто шел по шерсть, а возвратился стриженым? Не находите ли, что данная ситуация несколько напоминает эту старую поговорку?
Быстрый взгляд на поджигателя — лежит, болезный. Весь как-то побелел, скорчился — должно быть я ему куда-то там удачно ткнул. Ну и славно: по крайней мере, сейчас мешать не будет.
