— Не такая, как я, конечно, — Аня гордо задрала нос, — но тоже профессиональная охотница на чудовищ, могу за нее ручаться.
— Хорошо, бери. Русский язык она хорошо знает?
— Говорит без акцента!
— Отлично, только пусть не опаздывает.
— Ой, — отмахнулась сестра, — не ворчи.
— Я? — удивленно усмехнулся. — Да никогда!
Сестра свернула из коридора на лестницу, а я тем временем направился в сад: посидеть возле фонтана, но не помечтать в глубоких раздумьях, а решить, кого именно хочу взять с собой в рейд. Отец ведь не запрещал, если бы он запретил — то прямо сказал об этом. Такой он человек, запреты проговаривает всегда, а что не оговорено, то — можно.
Алина, Макар, Арсений и Джордж — все они жили в Москве и гипотетически могли бы поехать с нами, но не срослось. У кого-то дела, кто-то уже вписался в другой рейд. И я их прекрасно понимал, после нашего рейда в арктическое Подземелье прошло достаточно времени, а потому они отдохнули и вернулись в строй.
Впрочем, мы с Анной отправлялись не в аномальное Подземелье, а в обычное, просто очень древнее. И именно поэтому вполне себе могли обойтись без помощи ребят: никаких ментальных воздействий и прочих аномалий не предвиделось.
Из всей четверки я договорился о встрече только с Арсением. Был у нас кое-какой повод для встречи, но это позже, перед самым вылетом. В любом случае встреча не займет много времени.
Бойцы «Молота», раньше я бы я взял отряд в полном составе, но Ивану явно требовался отпуск после всех его геройств, а без него ребята не так эффективны. Денис так и вообще отпросился у меня в рейд с Алиной, я не был против, лишь попросил его не светить своим уникальным посохом и поспрашивать Искателей — может кто-то согласится пополнить ряды моих родовых отрядов Искателей.
Алена — ее отношения складываются с Никитой, как нельзя лучше. Кто я такой, чтобы мешать? Тем более, девушка ходила с ним и еще одним менее известным моим отрядом Искателей в рейды все чаще, правда, приходилось ездить далеко за город и в соседние Подземелья. Об этом позже.
Кроме того, Никита тоже брал своих родовых Искателей. В общем, пока влюбленные проводили время вместе, все остальные были в плюсе, имею в виду свой род и род Никиты — Семеновых. Ведь отношения влюбленных не мешали дружной группе Искателей добывать ценные ресурсы и зарабатывать деньги.
И тут стоит уточнить — рейды в единственное оставшееся и сплетенное Железноградское Подземелье, по приказу Сокуровой — а именно она, как ни странно, стала главой местного отделения после гибели Железнякова — были временно запрещены. Официальная причина — Подземелье стало чрезвычайно опасным, и Гильдия пока не решила, что с этим делать, чтобы не попасть на скандал со смертью отрядов Искателей.
Думаю, собери Сокурова лучших Искателей города в один рейд и они смогли бы пробиться на несколько этажей ниже обновленного Подземелья. Впрочем, на месте я не был, а потому судить Ирину Николаевну не вправе, ей всяко виднее. Кроме того, Подземелье ведь и, правда, после всех этих метаморфоз могло превратиться в нечто ужасное.
Кстати, раз уж единственное Подземелье в городе временно закрыто, то Матвей — любитель спаррингов и поэзии — остался не только без своих любимых «замков» на Каньонах, но и, возможно, без дела. А потому я набрал ему.
— Привет дружище! — раздался его радостный баритон из динамика смартфона.
Он тут же начал «забивать» мне в уши сложносплетенные и невероятно образные стихи. Сперва я ударился в отрицание, затем прислушался, принял и в конечном итоге с удовольствием выслушал несколько четверостиший.
— А ты время даром не терял! — намекнул я на новый стиль и более удобоваримый слог.
— Конечно, — хохотнул Матвей, — как с Подземельем эта дрянь случилась, так заняться было нечем. Я так подумал, да решил «поэтический» отпуск взять. Кстати, Виктор рассказывал мне про ваши приключения в Арктике…
— И у тебя, дай угадаю, только один вопрос: какого черта мы не взяли тебя? Верно?
— Ну, вообще-то, нет… Я хотел спросить про пингвинов.
— Да? Хм. Матвей, ты же шутишь?
— Нет, почему? — явно озадачился он.
— В Арктике не водятся пингвины, — сказал я, посмеиваясь.
— Тьфу ты, — фыркнул он, — а я уже стих написал… Ладно, перепишу, — вдруг его голос слегка изменился, — Ром, ты уж не пойми превратно, но, правда, чего не позвали старого друга?
— А чего говорить? Весь исследовательский рейд на тебе держался. Сам же знаешь, и Каньоны, и замки, и группа ученых.
— Да, ты прав. Зато сейчас я свободен… — вдумчиво протянул он.
— Я как раз поэтому и звоню. Намечается один непростой рейд…
— Я в деле! — повысил голос Матвей и сказал это так быстро, будто боялся не успеть.
— Ты даже меня не дослушал!
— На месте разберемся. Давай, говори мне уже место и время.
После разговора с Матвеем я хотел набрать Виктору, вот только в этом же самом разговоре узнал, что наш здоровяк очень занят. Его любимая жена Надежда резко пошла на поправку, а потому я решил не беспокоить Гору: у него дела поважнее, чем просто отправиться в очередной рейд.
