«Я так никогда не смогу, — в отчаянии подумал Люк. — Я и выстрелы тренировочного дрона едва отбиваю. И не знаю, как этому научиться. Столько знаний утрачено... Нет, не утрачено — украдено. Вейдером и Императором».
Они дошли до того места, где барельеф был уничтожен, и астродроид погасил фонарик.
— Я рад, что смог это увидеть, — сказал Люк. — Но это дела давно минувших дней, а сейчас всего важнее настоящее, а не прошлое. Так говорит мне Сила.
Он вернулся на поляну, где вовсю пели птицы, и снова оглядел внутренний двор храма. Его взгляд зацепился за каменный столб, из которого на несколько метров выше головы Люка торчал какой-то рычаг.
— Ну и высокие же тут были джедаи! — проговорил Скайуокер. — А может, его сдвигали при помощи Силы?
Он расстегнул пояс с оружием и положил его на разбитую каменную плиту под охрану дроидов. Взяв рукоять меча в одну руку, Люк подошел к столбу. Каменную поверхность озаряли оранжевые закатные лучи. Юноша глубоко вздохнул, заставляя себя не прислушиваться к очередной перепалке дроидов, прогоняя из головы лишние мысли...
Нужно сосредоточиться. Есть только здесь и сейчас.
Он поднял руку, представляя, как берется за рычаг и тянет его вниз.
Ничего.
Люк тряхнул головой и попытался снова. Теперь он попробовал иначе: мысленно приказал рычагу сдвинуться, а когда это не помогло, представил, как Сила свивается в петлю и тянет за рычаг. Закрыв глаза, он постарался вообразить, будто в мире существуют лишь он и рычаг и он нажимает на него... Когда он откроет глаза, рукоятка наконец сдвинется, а в основании столба появится отверстие...
Он открыл глаза. Ничего не изменилось.
Он вытер рукавом пот со лба, глубоко вздохнул и попытался снова.
А потом еще раз. И еще. И еще. И еще.
Люк не оставлял попыток, пока лужайка окончательно не потонула во мраке подступившей ночи. Последние лучи солнца гасли на верхушках полуразрушенных башен. Птицы допели вечерний концерт и собрались спать. А рычаг даже не шелохнулся. Что бы Люк ни делал, Сила отказывалась повиноваться — или хотя бы сжалиться над ним...
«Я не могу. Я не понимаю, как это сделать, и меня некому научить! И у меня никогда не будет учителя — я последний из джедаев...»
Последний из джедаев в полном отчаянии опустился на заросшие травой плиты.
Фарней в макробинокль видела, как Люк исчез в пещере. Она испуганно охнула, когда он, казалось, посмотрел прямо на нее. Затаившись, она ждала, пока Сарко доковыляет по камням обратно до своих хаппаборов; она пряталась буквально в сотне метров от него за толстым древесным стволом, привязав поблизости свое вьючное животное.
Она думала, что проводник залезет на одного из хаппаборов и пустится в обратный путь до Тикару. Но вместо этого безликий переправился через реку и разбил лагерь неподалеку от утеса.
Он ждет, поняла девочка. Ждет, пока Люк вернется.
Фарней знала: Стервятник решил задержаться вовсе не потому, что волновался за клиента. Он примеривается, как бы ему храм колдунов обчистить тайком от имперцев. И присутствие юноши его не остановит. С клиентами Стервятника в джунглях частенько происходили несчастные случаи. Большинство пропавших были состоятельные чудаки-охотники, пожилые и не имевшие родственников и друзей.
Она не знала, что с ними стало, но могла себе представить. И если Стервятник решит, что клиент встал ему поперек дороги, он без раздумий избавится от него.
Наступило утро, и Люк очнулся от глубокого сна без сновидений.
Минуту он растерянно озирался вокруг, не понимая, где он и как попал сюда. Но R2-D2, повернув к хозяину красный фоторецептор, поприветствовал его веселым свистом, и память вернулась. Астродроид отъехал в сторону и толкнул C-3PO под коленку. Протокольный дроид испуганно шарахнулся, его фоторецепторы вспыхнули.
Люк сжевал брусок сухого пайка, выпил холодной чистой воды из фонтана и стал прохаживаться по росистой траве, задумчиво рассматривая колонну, над которой так долго бился накануне.
«Я вчера полностью вымотался, но сейчас я отдохнул. Сегодня Сила уступит мне», — подумал он.
Вздохнув, он снова протянул руку к рычагу, раскрыв ладонь и расслабив плечи, позволив им подниматься и опускаться в такт дыханию.
Ничего не произошло.
В бесплодных попытках прошло больше часа; утреннее солнышко высушило росу, в ветвях запорхали птицы. Раздосадованный Люк уселся у каменной чаши фонтана и помедитировал, чтобы собраться с духом. Затем встал, подошел к столбу и приказал рычагу сдвинуться.
Рукоятка не шелохнулась.
Люк пнул отбитый кусок плиты; обломок пролетел через всю лужайку, распугав стайку ярко-зеленых птичек. А Скайуокер запрыгал по поляне на одной ноге, схватившись за ушибленный палец.
— Все хорошо, — отмахнулся он от дроида-переводчика, который явно собирался предложить срочно вызвать на помощь медицинский фрегат.
