Ли ответил тем же. Помня о предупреждении Ли, Руди высказался сразу: — Генерал Ли, если вы собираетесь напасть на федеральные форты завтра, мои люди и я, могут помочь вам в этом.
— Я намерен атаковать сегодня, сэр, — ответил Ли, и просмаковал мрачное удовлетворение, наблюдая отвисшую челюсть Руди. Ривингтонец пробормотал что-то своим гортанным языком. Но быстро оправился.
— Удивительная смелость, если не сказать больше. Тем не менее, мы готовы помочь вам. А так — может быть, даже и лучше. Каковы бы ни были разногласия между нами, мы все сделаем для того, чтобы Юг выиграл эту войну.
Произошедшее незадолго перед тем было полнейшей авантюрой — то, что сделал Ли, когда бросил вызов этому великану из будущего. Теперь же он холодно сказал: — Благодарю вас, мистер Руди, но вы уже и так предоставили нам много автоматов. — Он указал на АК-47, за плечом Руди. — Так что горстка ваших товарищей вряд ли что сможет добавить для исхода сражения.
— Ну, вообще-то, у нас есть и кое-что еще.
Ривингтонец достал из рюкзака зеленый расписной сфероид — чуть больше, чем бейсбольный мяч. Из него торчал металлический стержень.
— Это подствольная граната, генерал. АК-47 может стрелять такими, по одной — на триста метров. Они смогут навести большой шухер в федеральных траншеях и укреплениях, как вам кажется?
— Подствольная граната? Хм, федералы иногда используют ручные гранаты с пистонами. Они, однако, ограничены силой руки человека. А вот граната из винтовки… Это будет почти, как если бы мы обстреляли их из артилеррии?
— Точно, — сказал Руди.
— Любой такой сюрприз, безусловно, пойдет нам на пользу. Прекрасно, мистер Руди — вы и ваши люди могут действовать. Я планирую начать выдвигаться вперед, в десять вечера. Как я полагаю, вы захотите оборудовать ваши огневые позиции несколько раньше?
— Да, генерал. Разрешите нам выйти немного впереди ваших войск, чтобы мы могли облегчить для них путь.
— Я искренне ценю ваше участие в нашей борьбе, сэр.
На самом деле, Ли было любопытно посмотреть, как люди из Ривингтон будут вести себя в бою. Конрад де Байс уже зарекомендовал себя настолько хорошим всадником, что даже удостоился похвалы от такого ценителя воинской доблести, как Джеб Стюарт. До сих пор Ли не знал, каковы же и остальные — в боевых действиях. Он думал о них больше, как о военных инженерах, чем о войсках. Хотя, конечно, его собственная карьера также началась с инженерной…
— Удачи вам, мистер Руди.
— Спасибо, генерал. Может быть, мы встретимся снова завтра — уже в Вашингтоне.
Руди коснулся пальцем края его кепки и поспешил прочь. Ли долго смотрел вслед ему и его товарищам, пока те не скрылись из виду. Однако жесткость выработанных им в своей жизни принципов — не была поколеблена. И его настороженность к этим людям никуда не делась…
— Пришей-ка мне ее получше, Нейт, — говорил Элси Хопкинс. Коделл убедился, что клочок бумаги был надежно прикреплен к задней части рубашки Хопкинса. Когда тот отошел, то рядовой сказал: — Спасибо, что и мне тоже написал.
— Больше всего я надеюсь, что тебе это не понадобится, — пробурчал Коделл.
Он писал имена и местожительства солдат уже в течение нескольких часов сегодня вечером. Если они погибнут в предстоящем штурме укреплений, то будет вероятность, что их близкие смогут в конечном итоге узнать — где и когда они пали. А в данный момент уже Эдвин Пауэлл писал его собственное имя на спине рубашки.
Он глянул на Молли Бин, осматривающую свой автомат у костра. Он знал, что у нее была проблема с грамотностью; временами он учил ее немного. Но когда он спросил ее, хочет ли она, чтобы он написал и ее имя, она покачала головой.
— Те, кому не наплевать — жива я, или нет — все здесь, в моей роте.
Капитан Льюис переходил от костра к костру.
— Приготовиться, — говорил он тихо, — Сейчас пойдем.
Никаких барабанов и труб не предусматривалось для той дерзкой атаки, что задумал Ли. Небо было серым и пасмурным, когда Коделл подобрался к краю позиций янки, укрепленных свежим древостоем. Федеральные форты и траншеи, которые лежали на возвышенности, впереди — были укрыты глубоким мраком ночи. Коделл был благодарен тому, что лунный свет не выдавал его товарищей врагам-северянам, которые с биноклями и подзорными трубами сейчас, конечно, пытались выглядеть своих противников.
— Мы сейчас вроде разведки, — сказал капитан Льюис. — Теперь они уже не успеют сильно навредить нам своей артиллерией, а с помощью автоматов мы должны успеть пробиться через их окопы. Да благословит и сохранит Бог каждого из вас.
— И тебя тоже, капитан, — отозвались несколько солдат. Коделл ничего не сказал вслух, но мысль, у него в голове, была точно такая же.
Льюис поднес свои часы к глазам, подождал и махнул рукой вперед. Коделл и другие лучшие стрелки роты вышли вперед. Он чувствовал себя просто ужасно — перед дулами орудий янки, как если бы собирался в бой голым. И вздрагивал каждый раз, когда наступал на сухой лист или ломал сучок под ногой.
