— Здравствуйте, Анна Владимировна, — дружелюбно улыбнулась я ей и, пока мы плавно двигались к операционному блоку, представилась, — меня зовут Баринова Ольга. По просьбе Кирилла Александровича именно я буду проводить вашу операцию. Надеюсь, вы не возражаете?
— Если Кирюша вам доверяет, значит, мне не о чем волноваться, — слегка качнула головой пациентка, даже в такой ситуации разглядывая меня с изрядной долей любопытства.
— Сейчас вас завезут в операционную, и наш анестезиолог, Николай Михайлович, даст вам анестезию. Операция стандартная, так что не волнуйтесь, — объяснила наши дальнейшие действия и, поручив пациентку заботам ассистента и операционной медсестры, поспешила в помывочную, чтобы уже оттуда, подготовленной, идти на операцию.
Видимо, мама моего коллеги человеком была не вредным, потому как никаких патологий я не обнаружила, так что удаление аппендицита прошло планово и вполне обыденно, поэтому где-то примерно через час я освободилась. Правда это никак не спасло меня от того, что я пропустила честно заработанный обед, и теперь мне предстояло до конца рабочего дня сидеть голодной: вряд ли у меня найдется время, чтобы сбегать хотя бы до буфета — запись была забита под завязку, без перерывов.
Не то чтобы это было делом непривычным — я частенько просто забывала пообедать, особенно, когда попадались какие-то сложные случаи, но вот сегодня сам факт пропуска приема пищи оказался как-то особенно огорчительным.
Я как раз переодевалась в раздевалке обратно в свой халат, когда телефон оповестил меня о пришедшем сообщении, прочитав которое, я некоторое время находилась в полнейшем недоумении.
Полок в нашем холодильнике, к слову, было всего две. Маленький, но от этого не менее полезный, он выручал нас во время суточных дежурств изо всех своих невеликих замораживающих способностей. Честно говоря, я не сразу поверила в то, что прочитала, поэтому и в ординаторскую заходила с некоторым опасением, приправленным изрядной долей любопытства.
Но контейнер на полочке и вправду нашелся. Ничего сверхъестественного в нем, конечно же, не оказалось — пара пирожков из местного буфета. Вполне съедобных, кстати говоря, что не раз уже было мной проверено. Рядом с контейнером стояла маленькая бутылочка яблочного сока, на которую Кирилл наклеил стикер, явно стянутый с местного же стола.
Вот честно, я даже растерялась. Я знала, Загорский — человек внимательный к окружающим, но никогда не думала, что эта его черта когда-нибудь коснется меня. Хотя… к чёрту размышления, мне было безумно приятно. И всё то время, пока жевала пирожки и запивала их любимым соком, я улыбалась. А это уже дорогого стоит.
К себе в кабинет я вернулась в прекрасном расположении духа. Вошла как раз когда Кирилл закончил с очередным пациентом, и даже успела понаблюдать, как он с сосредоточенным выражением лица забивает информацию в электронную карточку.
— Операция прошла хорошо. Аппендикс повержен и больше не представляет угрозы, — сказала, когда он закончил с документами и посмотрел на меня, — Анна Владимировна уже должна быть в палате, так что сможете сами проверить показатели.
— Спасибо, Ольга, — еще раз поблагодарил мужчина, поднимаясь с моего стула, чтобы освободить рабочее место, — я тут немного опередил график приёма, так что ничему не удивляйтесь.
— Кирилл Александрович скромничает, — подала голос Елена, до этого сидевшая тихо, как мышка, — сейчас вышел пациент, прием которого назначен был на полчаса позже.
— Да это прямо царский подарок, — просияла я, и уже тише, чтобы слышал только он, добавила, — большое спасибо, Кирилл. И за обед тоже — я уже думала, что останусь голодной.
— Не за что, — так же негромко ответил коллега, и попрощался, — а теперь мне точно пора бежать, пока Светлана Степановна сама за мной не пришла. Будет неловко, если старшая медсестра погонит меня в отделение, подгоняя системой от капельницы.
Елена засмеялась, а я только улыбнулась, прекрасно понимая, если бы Светлане Степановне действительно пришлось бы искать кого-то из нас по больнице, в качестве средства для ускорения она взяла бы не систему, а саму стойку от капельницы. Но зрелище однозначно вышло бы презабавное. Для наблюдателей, конечно же, не для нас.
Дальше рабочий день пошел по накатанной. Не было никаких особо серьезных случаев или скандальных пациентов. Разве что освободилась я, благодаря помощи Кирилла, на полчаса раньше, и потратила это время на перепроверку всех заполненных за день документов. Мне в любом случае нужно было просмотреть карточки больных, которых принял коллега, ведь на повторный прием они придут уже ко мне.
