Готовить я умел. В принципе, мог бы, пожалуй, даже изобразить что-то вроде филе курицы под сырным соусом или, если сильно заморочиться, испечь грушевый пирог. Но вот только заниматься этим я не любил и вставал к плите вынужденно: потому что жил один, и потому, что Серёга, пользуясь собственной наглостью, периодически приезжал ко мне в гости с пакетом продуктов.
В больницу я вернулся после обеда — как раз прошли сутки после операции, и маме можно было поесть в первый раз. Прежде чем зайти в палату, заглянул в ординаторскую и перебросился парой фраз с Ольгой. Пройти, не обозначив своего присутствия, показалось мне невежливым.
Мама выглядела хорошо для человека, которому вчера вырезали аппендикс. Но зато теперь я с уверенностью мог сказать, что никакое воспаление ей не грозит.
— Кирюша, — увидев меня, она отложила на тумбочку книгу, которую читала, спасаясь от вынужденного одиночества, — уже приехал? Ты совсем не спал?
— Посплю, когда приеду от тебя, не волнуйся, — успокаивающе улыбнулся, занимая стул рядом с кроватью, — как думаешь, ты уже готова поесть?
— Вполне, — мама, оживившись, кивнула, так что я протянул ей контейнер с пюре и некоторое время просто наблюдал за тем, как она ест.
— Извини, но из питья только слабый травяной чай, — поставил на тумбочку небольшой термос. Я знал, что в любое время суток она предпочла бы кофе, но именно его ей сейчас было нельзя.
— Всё в порядке, дорогой, — она улыбнулась, устроилась поудобнее и посмотрела на меня требовательным взглядом, который я знал слишком хорошо, — почему ты мне раньше не говорил, что с тобой работает такая милая девочка?
Милая девочка? Вот уж не думала, что мою коллегу можно охарактеризовать именно так. Хотя, признаю, считать ее скучной с моей стороны было также весьма опрометчиво.
— Мама, — предупреждающим тоном произнёс, прекрасно понимая, куда сворачивает наш разговор, — не начинай. Ольга, бесспорно, хороший человек, только почему я должен был о ней рассказывать?
— Не мамкай, — осадила она меня, как героиня одного довольно популярного несколько лет назад сериала, который матушка, помнится, с удовольствием смотрела, — тебе тридцать два года, пора бы уже задуматься о семье, дорогой.
— Обещаю, обязательно подумаю об этом, — кивнул, точно зная, что спорить сейчас с ней не лучшая идея, — только… причем здесь моя коллега?
— Она симпатичная, воспитанная, умная, — начала перечислять мама, и я понял, что любые аргументы тут бессильны, а родительница поспешила меня добить окончательно, — в своих ночных клубах ты точно такую не найдешь.
— В ночных клубах она читает книжки, — ляпнул, задумавшись над словами матери и ужаснулся, увидев, каким энтузиазмом загорелись её глаза, — нет-нет, даже не думай!
— Молчу-молчу. Не нервничай, Кирюша, — мама, кажется, поняла, что я начинаю сердиться, и пошла на попятный, но удивила меня очередной идеей, — но, дорогой, мне бы хотелось отблагодарить девочку за хорошо проведенную операцию. Пригласи её к нам на ужин в следующие выходные.
— Мама! — начал было возмущаться, но потом вспомнил, что спорить с сидящей на кровати передо мной женщиной бесполезно, и сдался, — хорошо, я спрошу Ольгу, сможет ли она прийти к вам. Надеюсь, мне не придется делать это прямо сейчас?
— Конечно, милый, — чего у матушки было не отнять, так это отличного чувства момента. Она прекрасно знала, когда можно надавить, а когда лучше отступить, поэтому и сейчас не стала настаивать, — у тебя еще будет достаточно времени. Но не забывай, я на тебя надеюсь.
— Не забуду, — покачал головой, прекрасно понимая, что отвертеться от сомнительной чести передать приглашение коллеге у меня не получится. Оставалась надежда, что Ольге идея не понравится, и она откажется от приглашения на ужин сама. Боюсь, матушкино желание устроить мою личную жизнь не самым лучшим образом может отразиться на наших рабочих отношениях.
— Ты звонил отцу? — вырвала меня из размышлений мама, вновь сменившая тему беседы, — надеюсь, он не забыл про свои лекарства.
Папа пил эти лекарства на протяжении уже нескольких лет и, я точно знаю, за всё это время не пропустил их приём ни разу, только вот это совсем не мешало его любимой жене о нем волноваться.
— Не забыл, — сказал как можно более убедительно, чтобы она не волновалась, и решил, что визит пора завершать, — извини, мам, но мне пора бежать. Заскочу к тебе завтра, хорошо?
Завтра должна была дежурить Полина, и, если честно, в свете последнего нашего с ней разговора, мне не хотелось бы приходить в отделение, но оставить маму без обеда я не мог.
— Конечно, дорогой, — она кивнула мне и похлопала по руке, — обязательно позвони отцу, перед тем как лечь спать, убедись, что он приготовил себе обед, а не сидит на сухом пайке.
— Хорошо, мам, — кивнул и поставил на тумбочку последний из принесенных контейнеров, — вот. Это суп-пюре, съешь его через пару часов, а утром я привезу что-то более питательное.
