В части ленинградского населения циркулировали слухи о происходящей деморализации командного состава гарнизонных частей, стоящих в городе и окрестностях. Причиной указывали все то же катастрофическое положение дел на фронте. Эти слухи принадлежали людям, особенно желавшим прихода немцев, но не только им. Действительно, кое-кто из находившихся в городе командиров пил повышенным образом, не всегда скрывая это от окружающих. Действительно, группа каких-то командиров, собранных для повышения квалификации в Пушкине, пила по недосмотру властей совсем открыто, заявляя: «Все пропало». Однако первое не было общим положением и, во всяком случае, не свидетельствовало об упадке и тем более деморализации, а второе вообще явилось исключением. Как раз в эти дни мне пришлось довольно близко столкнуться с представителями среднего командного состава армии и еще больше слышать о них. Произошло это следующим образом. С началом войны ленинградский Дом Красной армии развернул большую культурно-просветительную работу. Она выразилась не только в систематическом проведении лекций и докладов по отдельным частям и госпиталям, но и в устройстве таковых в самом Доме Красной армии. Лекции читали наиболее квалифицированные военные специалисты. Слушателями же были кроме офицеров представители высшей школы и ИТР, усиленно приглашаемые на данные лекции через областные профсоюзные бюро. Учреждение, к которому я был прикомандирован, находилось еще в каких-то дополнительных отношениях «подшефной» связи с Домом Красной армии. В результате мне пришлось стать его посетителем. Это оказалось гораздо более интересным, чем можно было думать. Некоторые лекции, посвященные текущим вопросам дня, начиная с «причин немецкого наступления», были очень интересны. Интересна была и реакция военной части аудитории (штатские, как правило, молчали), устраивавшей каждый раз если не дискуссию, то хоть небольшое собеседование. Материалы лекций, которые привлекли наибольшее внимание, можно было бы разделить на две части. Первая часть – это краткое, быть может, несколько преувеличенно-бесстрастное изложение «методов и приемов» немецкой армии, явившихся неожиданными для советских фронтовых частей. Вторая часть – это менее сухое, но также спокойное изложение того, что сделано для их преодоления. Весь мой скепсис того времени относительно возможности перестройки Советской армии «на ходу» не давал все же основания говорить о деморализации командного состава. Можно было думать, что посетители лекций являются лучшей частью. Однако такие же сведения характеризовали и остальную массу. Посещение Дома Красной армии кроме лекций дало возможность встретить некоторых знакомых, призванных в ряды армии и оставшихся в Ленинграде. Одним из наиболее интересных лиц являлся молодой доцент, работавший в военкомате. Это был представитель новой интеллигенции, выходец из крестьян, прошедший очень серьезную высшую школу и отбывший военную службу (повинность) в кадровых частях. Он был очень дельным работником в своей области и каким-то не просто беспартийным, а убежденным. Его отличительной чертой являлось большое самолюбие, которое сопровождало и «статус беспартийности». Весь вид этого довольно красивого и внешне подтянутого человека, казалось, говорил: я крестьянин, я оказался в рядах интеллигенции, потому что это нужно государству; я делаю хорошо свое дело, и я не нуждаюсь оплачивать все это вступлением в партию. Последнее никогда не было произнесено прямо, но свидетельствовало из всего образа его действий. Для дирекции своего института он не был приятным сотрудником – много и, главное, умно спорил. Кроме того, его «политическое» лицо оставалось сомнительным, хоть он и происходил из крестьян-бедняков.
