— Но это же очень опасно! Неужели близкие отпустили тебя без охраны, юная дева?
— У меня нет близких. Ни отца, ни матери, ни братьев, ни сестер.
Сказав так, я вытащила из сумки одеяло, бросила его на землю перед старичком и опустилась на него, поджав под себя ноги. Стоять просто не было сил.
Хотеец все не унимался в своем стремлении докопаться до истины, но сейчас в его голосе слышалось искреннее сочувствие.
— Что же случилось с твоими родными, динь‑ли? Как такой нежный цветок оказался один на дороге, где каждый может обидеть?
Я решила, что мне нечего скрывать перед этим милым старичком.
— Мои родители и все родные погибли во время войны Кортала с Ремолой.
Он понимающе кивнул головой, но продолжал расспросы:
— Прости меня, но я вижу перед собой достаточно взрослую, полноценную динь‑ли, а значит, у тебя должен быть муж. Почему он тебя не охраняет на этом пути?
— Потому что он тоже погиб на той войне. Он был магом и погиб в Долине Магов.
Хотеец быстро — быстро закивал головой:
— Я понял, понял… Слышал про эту вашу войну. Ужасно. Ужасно, когда юные, сильные и благородные юноши погибают из‑за глупости и жадности бессильных старцев. Но еще ужаснее, когда такие прекрасные девушки как ты, динь‑ли, остаются без помощи и поддержки, — и тут же, без логического перехода, спросил, — Хочешь чаю?
Я, если честно, хотела вымыться и переодеться, но не решила отказать любезному старичку. Поблагодарила и приняла из его рук маленькую фарфоровую чашечку, полную темного душистого напитка. Кажется я все сделала правильно: хотеец удовлетворенно улыбнулся и в свою очередь поднес чай к губам. Отхлебнули мы одновременно.
Вкус разительно отличался от того чая, к которому я привыкла. Горький, терпкий, с необычным сильным ароматом, в первую минуту он вызвал у меня желание все немедленно выплюнуть. Только сознание того, что нельзя обидеть угостившего, меня остановило. Но уже со второго глотка я привыкла. А когда допила чашку, то почувствовала прилив сил и поняла, что напиток мне понравился.
Кажется, это был какой‑то ритуал, потому что, стоило нам со старичком покончить с содержимым чашечек, он проворно поднялся на ноги, низко поклонился и представился:
— Мое имя Вэнь ли Сен Сихуа. Ты можешь называть меня дедушка Вэнь, потому что я тебе в дедушки гожусь.
Он явно ждал от меня ответной любезности, так что я вскочила, поклонилась и ответила:
— Мое имя Армандина Эрнари, урожденная Савери, но сейчас я живу по документам на имя Летиции Коллани. Так что зовите меня так, как вам будет угодно.
Дедушка Вэнь оживился.
— Я буду звать тебя Динь. Эти звуки есть в твоем настоящем имени, а к тому же такое прозвание будет намекать на твою истинную сущность динь‑ли.
Тут я наконец задала волновавший меня вопрос:
— Что значит "динь‑ли", дедушка Вэнь? Вы все время меня так называете, но я никогда не слышала раньше этого слова и не знаю, что оно значит.
— Ах, я и забыл, что ты не можешь знать… Динь‑ли в этих землях называют ведьмами.
Не скажу, что я не догадывалась. Одного в толк не возьму: как он смог понять, причем с первого взгляда? Я же прикрепила брошь с личиной на новое платье и активировала, как только покинула остров, кольцо с маскировкой ауры вообще не снимала, да к тому же даже маги не могут отличить нас от обычных женщин, если мы не колдуем.
— Ты удивляешься, Динь? Не можешь понять, откуда я знаю? Не беспокойся, твоя маскировка великолепна. Просто я из семьи динь‑ли. Мать моя была, как вы говорите, ведьмой, бабушка, жена и все дочери… Да и сам я не чужд этого дара. Правда, настолько слабого, что ты его даже не почувствовала, но потоки магии я вижу отлично и твои амулеты меня обмануть не могут. А вот другой дар у меня достаточно ярко выражен.
— А вы маг, дедушка Вэнь? — решительно спросила я.
— Ты угадала, прекраснейшая, но не совсем. Я не просто маг. Если выражаться по — вашему, я, наверное, архимаг.
Вот так так! Только этого не хватало. Теперь не знаю, как лучше поступить: остаться и попробовать наладить контакт или дождаться ночи и сделать ноги? Не ожидала нарваться на архимага в лице этого экзотического старичка.
Он, кажется, понял мои метания.
— Не бойся, Динь, от меня тебе ничего не грозит. Все, что можно было взять у динь‑ли, я уже получил. Сейчас для меня пришло время отдавать долги. Давай лучше поедим и ты послушаешь мою историю. Приличия велят тебе говорить первой, но я понимаю твои опасения. Здесь к динь‑ли относятся плохо, не знаю почему. У нас же их принято окружать заботой и почитанием. Поэтому готов сначала рассказать о себе.
Я выслушала эти слова старца и молча достала из сумки припасы, выданные мне ведьмами с острова Валарен. Если этот странный архимаг хочет поговорить со мной, я с интересом его выслушаю, а по результатам решу, хочу ли изливать ему душу. Но вежливость требует, чтобы я поделилась едой. Он меня кормить не обязан.
