Ублюдочный гибрид "Войны Миров" и "Ночи Живых Мертвецов", "Осенняя" хроника борьбы небольшой группы выживших, вынужденных бороться с миром, раздираемым смертельной болезнью. После того, как 99% населения планеты будет убито менее чем за 24 часа, для тех немногих, кому удалось остаться в живых, все станет намного хуже. Оживленные "второй фазой" какой-то неизвестной заразы, мертвые начинают воскресать. Сначала медленные, слепые, немые и неуклюжие, тела быстро восстанавливают свои самые основные чувства и способности... зрение, слух, передвижение... А также инстинкт к агрессии и насилию. Сдерживаемые только ограничениями своей быстро разлагающейся плоти, мертвецы, похоже, преследуют только одну цель - уничтожить единственных оставшихся в безмолвном, безжизненном мире: тех, кто пережил чуму, которых теперь насчитывается 1 на 1 000 000...Никогда не используя слово на букву "З", "Осень" предлагает новый взгляд на традиционную историю зомби. Здесь нет поедания плоти, нет быстро движущихся трупов, нет крови ради крови. Сочетая атмосферу и тон классических фильмов о живых мертвецах Джорджа Ромеро с подходом и переосмыслением "28 дней (и недель) спустя", этот ужасающий и тревожный роман наполнен безжалостным, холодным, темным страхом...
Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в нашей библиотеке:
BAR "EXTREME HORROR" 18+
или на сайте:
"Экстремальное Чтиво"
Прайс встал с постели меньше десяти минут назад, когда все началось. Он стоял на кухне, когда почувствовал первые боли. К тому времени, когда он добрался до своей жены в гостиной, он был почти мертв.
Вирус заставил слизистую оболочку его горла пересохнуть, а затем опухнуть с поразительной скоростью. Менее чем через сорок секунд после первоначального заражения, опухоль перекрыла ему дыхательное горло. Пока он боролся за воздух, опухоли начали трескаться и кровоточить. Он начал задыхаться от крови, стекающей по внутренней стороне его трахеи.
Жена Прайса пыталась помочь ему, но все, что она могла сделать, это подхватить его, когда он упал на пол. На долю секунды она почувствовала, как его тело начало содрогаться, но к этому моменту она тоже была заражена. К этому моменту объем воздуха, поступающего в ее легкие, сократился менее чем до десяти процентов от ее нормальной потребности в кислороде.
Я был почти дома к тому времени, когда понял, что
Было еще рано – около половины восьмого, я думаю, a я вышел из дома сразу после четырех. Оглядываясь назад, я был рад, что меня не было дома. Было достаточно плохо видеть Сару и Джемму, лежащиx там после того, как с ними это случилось. Господи, я бы не справился, увидев, как это достало их обоих. Я просто не мог вынести, видя, как они обe так страдают. Я бы ничего не смог сделать ни для одной из них. Слишком больно даже думать об этом. Лучше, чтобы они ушли, и все было кончено к тому времени, как я вернулся домой.
Я был на ремонте на заводе Картера и Джеймсона, в пяти милях к северу от Биллхэмптона. Обычно я ездил туда раз или два в месяц, и обычно посреди ночи. Ублюдок, который отвечал за это место, был слишком скуп, чтобы платить за новое оборудование, и слишком чертовски умен, чтобы заставить своих людей ремонтировать систему, когда он знал, что может вызвать нас. Не имело значения, что пошло не так или когда, он всегда вытаскивал нас оттуда. Он знал контракт на техническое обслуживание лучше, чем я.
Я был в шести милях от Нортвича, когда впервые понял, что
Как идиот, я продолжал вести машину и одновременно пытался разобраться с радио. Я смотрел на дорогу только одним глазом, а солнце все время пробивалось сквозь верхушки деревьев. Небо было ясным и голубым, а утреннее солнце было огромным и слепящим. Мне хотелось поскорее вернуться домой, поэтому я торопился. Я не видел поворота дороги, пока не проехал половину пути, и не увидел другую машину, пока не стало почти слишком поздно.
Я ударил ногой по тормозам, когда увидел это. Это была маленькая машина горчично-желтого цвета, и ее водитель, очевидно, был так же рассеян, как и я. Он ехал прямо на меня, и мне пришлось резко вывернуть руль вправо, чтобы не врезаться в него. Должно быть, я разминулся с ним всего на пару футов.
Было что-то в том, как двигалась машина, что казалось неправильным. Я притормозил и посмотрел на ee в зеркало заднего вида. Вместо того чтобы следовать за поворотом, который я только что обогнул, он просто продолжал двигаться вперед по прямой, все еще двигаясь с той же скоростью. Он съехал с дороги и врезался в бордюр. Пассажирская дверь заскрежетала о ствол тяжелого дуба, а затем машина остановилась как вкопанная, когда центр капота обернулся вокруг ствола другого дерева.
