Я попыталась подняться – ножки стула противно проскрежетали по полу.
– Подожди! – Максим схватил меня за руку. – Время же еще не вышло!
Парень в углу поднял на нас глаза, но промолчал и только кивнул, давая понять, что времени у нас вагон. Замечания не сделал, значит, касаться друг друга можно? Мы же ничего не передаем. Или он решил закрыть глаза на наше неправильное поведение?
– Хочешь, чтобы я побыстрее в камеру вернулся? – с тоской протянул Максим. – Торопишься куда-то?
– Да не особенно, – пробормотала я и все-таки не удержалась: – К зачету готовиться надо.
– А для меня зачеты накрылись…
– Ничего подобного! Тебя скоро освободят, и все сдашь, – горячо заговорила я. – Зачетная неделя только началась.
Он безнадежно отмахнулся.
– Ты оказалась права – вылечу даже не после, а до первой сессии.
– Никуда ты не вылетишь! – возмутилась я. – Заканчивай уже себя хоронить!
Опять повисла пауза. Беседа явно не клеилась. Да и о чем говорить под присмотром бдительного охранника? Кого могло обмануть его показное равнодушие? Под прикрытием телефона он пристально следил за каждым нашим словом и жестом.
Теперь уже Максим сделал попытку подняться.
– Ладно, иди, готовься к своему зачету, – презрительно проговорил он. – Что сдаешь, кстати?
– Русская литература семнадцатого-восемнадцатого веков, – машинально ответила я, но тут же опомнилась: – Подожди!
– Да чего ждать-то, – поморщился он и повернулся к конвоиру: – Свидание типа окончено.
Парень посмотрел на меня – я растерянно пожала плечами. Тогда он поднялся, сунул телефон в карман и вдруг резко скомандовал:
– Задержанный, встать. Лицом к стене, руки за спину.
Максим секунду помедлил, а потом выполнил требуемое. На меня он больше не смотрел, зато я наблюдала за происходящим широко раскрытыми глазами. Чудилось мне во всем этом нечто нарочитое, словно передо мной разыгрывалась сцена из телесериала. Только наручников не хватает для полноты ощущений…
Полицейский отпер дверь и грубо бросил:
– На выход!
Максим шагнул за порог, а конвоир перед тем, как последовать за ним, перевел на меня внезапно веселый взгляд:
– А вы ожидайте здесь.
Я вздохнула и снова опустилась на стул. Показалось или он отыграл свою роль на отлично?
Вскоре парень вернулся за мной. Я забрала свою сумку и одежду. Ничего из вещей, собранных для Максима, не вернули, значит, Пашкина мама подготовилась правильно. Похоже, у нее имеется кое-какой опыт…
Уже в коридоре, провожая меня к выходу, полицейский неожиданно сказал:
– Да все нормально будет с твоим парнем. На него ничего серьезного, подержат пару дней и отпустят.
– Хорошо бы, – вздохнула я. – Только он не мой.
– Рассказывай! – усмехнулся тот.
– Мы же поссорились, слышал-ли? – в последний момент поправилась я, но парень сделал вид, что не обратил внимания.
– Здесь все ссорятся, – философски заметил он. – Место такое. Выйдет, и помиритесь.
Я была в этом совсем не уверена, но спорить не стала.
– Будете Новый год вместе встречать, – обнадежил полицейский.
Я тяжело вздохнула. Какой может быть Новый год, когда мир рушится на глазах?
