Я вспоминаю те мгновенья,Когда тепло изящных рукВ пылу горячих наважденийЛаскало боль моих разлук.Печалей тайные роптанья,И поцелуев горький сок,И нетерпимость ожиданий,И вену, бьющую висок,Когда последние объятьяТы подарила в тишинеИ с нескончаемым проклятьемОстался я наедине.Теперь в ладонях гаснут слёзы,И ты ничья, и я ничей.Мы потеряли сны и грёзыЛюбовью избранных ночей.А день с улыбкой манекенаНа нас взирает из витринУшедшей жизни, как надменныйИ чуть печальный Арлекин.<p>ДОРОГА</p>Небо вдрызг.Льёт строптивой слякотьюИ подмешивает дробьКапель серой густой усталостиВ ритм сердечный.И вновь, и вновь…По степям, по полям настираннымТянет сыростью гиблых мест,Душит мыслями опостылыми.Ох, не милыми. Вовсе нет.Разлеглась,Расплылась дороженькаЛужей-зеркалом в три версты,И глядит в отраженье боженька,И смеётся до хрипоты.Мотыляет колёса дряхлыеУ телегиИ вкривь и вкось.Страхом держит её проклятуюИ поскрипывает ось.Пред зарёй одичалой призракиКорчат рожи и кличут жуть,Повторяя, что было, сызнова.Не уснуть теперь. Не уснуть…Что за боль,Что за крик отчаянныйСлышен в каждом хлопке вожжей?Это голосИ тень прощанияС недосказанным покаянием,Что тебя не вернёт уже.<p>ПЕЧАЛЬКИ НАРАЗВЕС</p>Купил Печалек. Скопом. По дешёвке.Пусть мелочь, но всего за три рубля.Те, фирменные, в мягкой упаковке,Бо-о-льшие, к сожалению, по пять.Под осень цены мигом подскочили.Печали стали сильно дорожать.По три, не спорю, о-очень небольшие,Но это ж, слава богу, не по пять.На вид, конечно, лучше покрупнееС фланелевой подкладкой изнутри.Придётся ждать, когда подешевеют,Сморкаясь в эти, скромные. За три.<p>ТЕАТР ШУТОВ</p>Театр шутов. Под масками любвиСкрываются обманы пустословий.Обет, что совесть сердцу говорит,Дешёвый текст давно забытой роли.И чувства свой пространный монологПытаются прочесть, скрывая лица,Но слышен лишь печальный некрологВсему, что никогда не возвратится.Театр шутов. Дурачит и смешит.На фоне обветшалых декорацийСуфлёр-судьба озвучивает жизнь,А смерть гремит восторгами оваций.Венеция. 1612<p>УСНУЛО ЛЕТО</p>
