Джессика нахмурилась. Она привыкла обходиться подручными средствами, но плохо понимала, зачем приводить себя в порядок перед казнью.
– Если это необходимо, то мне нужно заехать домой переодеться.
– Хорошо.
Говард согласился подозрительно легко, и уже через сорок минут Джессика стояла у себя в комнате и под его пристальным надзором выбирала платье.
Курт не занимался её гардеробом сам, но в первый же день выделил достаточно средств и сопровождение, чтобы Джессика купила полный комплект необходимых вещей. До сих пор она не успела толком опробовать всё, а теперь Говард молчаливой стеной высился у неё за спиной. Сосредоточиться Джессика не могла и даже спросить, зачем этот маскарад, не решалась.
Наконец она остановила выбор на нейтральном чёрном платье с открытыми плечами, к которому полагалась изысканная шляпка украшенная россыпью камней имитировавших россыпь брусники и массивный золотой браслет. Наряд получался немного вызывающим – на Кармалота весь высший класс носил костюмы-тройки и платья в пол, и большинство состоятельных людей вообще предпочитало предельно консервативный стиль. Богарт в этом отношении даже выглядел неким исключением, потому что в свободное время с удовольствием наблюдал Джессику в демократичных джинсах и джемпере. Джессика знала, что Курту нравится смотреть на её руки, обнажённые до локтей, с массивным ободом бралета на запястье, таким же модернистским для этого мира, как и стальные часы, которые носил сам Курт.
Вздохнув, Джессика обернулась к Говарду и сказала:
– Я готова.
Всю дорогу в гравилёте они молчали. Говард вообще, очевидно, не испытывал интереса к разговорам с ней. Если он и не считал Джессику шпионкой с самого начала, то определённо расценивал как досадную помеху, вклинившуюся в их с Куртом налаженную жизнь.
Наконец гравилёт замедлил ход у дверей мюзик-холла. Почти сразу же Джессика увидела ещё один знакомый чёрный металлический силуэт. Курт стоял, привалившись к капоту, и курил. Охрана держалась в стороне.
Джессика вышла и нерешительно направилась к нему.
Курт шагнул вперёд, притянул её к себе и поцеловал – страстно, почти зло, так что Джессику в мгновение ока повело.
– Прости меня, – прошептал Курт чуть охрипшим голосом, с усилием отстраняясь от её губ.
– Ты собираешься меня убить? – Джессика сама не знала, в шутку она спрашивает или всерьёз.
Курт прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, заполняя лёгкие густым ароматом пряных духов, которыми пропиталась одежда Джессики.
– Я сделаю всё, что смогу, чтобы не причинить тебе вреда, – прошептал он. Джессика вздрогнула, услышав как рикошетом возвращаются к ней её собственные слова. Как их понимать, она не знала.
– Курт… – осторожно позвала она.
– Джессика, – перебил тот, – ты знаешь, над чем я работаю последние несколько месяцев?
Джессика сглотнула.
– Конклав обсуждает вопрос о присоединении к Сети, – осторожно озвучила она то, что писали в газетах.
– Или о закрытии Кармалота от других миров. О блокировке Врат. Если это произойдёт… Кристина останется в инвалидном кресле навсегда. Только в Сети ей могут помочь.
Джессика грустно кивнула.
– Почему ты не отвёз её туда до сих пор? – спросила она. – Пока…
– Я не могу, – перебил её Курт. – И пока не могу сказать почему.
Джессика молчала, всё ещё с опаской глядя на него. Рука Курта, лежавшая у неё на пояснице, сводила Джессику с ума, по бёдрам разбегались волны жара, и меньше всего она хотела говорить о делах. «Это его чёртов зов», – обнадёжила себя Джессика, но ей было всё равно.
– Это решение очень важно лично для меня, – повторил Курт. – Я не могу упустить ни единой возможности обойти своих врагов. Сегодня здесь будет человек, который может мне помочь.
Джессика кивнула, однако она по-прежнему не понимала, зачем Курт её пригласил.
– Это не связано с тобой, – тут же угадал её мысли Курт. – Я просто давно хотел представить тебя свету. А сегодня для этого хороший день.
Курт в последний раз поцеловал её, а затем отстранился и взял уже под руку.
Джессика всё ещё не до конца понимала, что происходит, когда Курт спросил:
– Я могу представить тебя как свою постоянную спутницу?
– Конечно… – выдохнула Джессика и на мгновение повернулась к нему, но ничего не смогла прочитать в серых глазах. – Я бы этого хотела.
– Хорошо, – Курт улыбнулся и подтолкнул её вперёд.
Джессике привычно было выходить в свет, но последующая пара часов всё равно превратилась для неё в ад.
– Я всё-таки ненавижу людей, – шепнула она, улучив момент, когда её слышал только Курт.
Курт обернулся, мгновение его лицо не выражало ничего, а потом на губах заиграла улыбка. Он с необычной нежностью провёл по щеке Джессики кончиками пальцем.
– Иногда ты кажешься совсем ребёнком.
Джессика нахмурилась и помрачнела, но Курту при виде этой обиды на её лице стало только смешно.
– Я тоже задаю себе вопрос, – негромко сказал он, – почему не встретил тебя десять лет назад. Столько времени ушло впустую. Ты не стала за эти годы взрослей. Но в твоих глазах залегла тень.
