Агнес замолчала, неловко глядя в сторону, словно допустила ошибку. Анна хотела сказать ей: все нормально, запрета на радость не существует, даже когда человек скорбит. Что Хокан хотел, чтобы его дочь была счастлива, что она сама готова почти на все, чтобы слышать смех Агнес каждый день. Как всегда, она не нашла нужных слов. Зато они заговорили о фреске и Карле-Ю; наконец Анна решила пересказать слова Морелля и Двухколесного Йорана о смерти Симона. После некоторого колебания она прибавила, что Элисабет Видье, приезжавшая на днях, попросила ее взглянуть на материалы следствия. Агнес воодушевилась.
— Обязательно посмотри!
Анна отрицательно покачала головой.
— Почему нет?
— Во-первых, это дело один раз уже расследовали. А во-вторых, на все преступления, за исключением возможного убийства, срок давности давно прошел.
— А вдруг это было убийство? А вдруг Элисабет права, и кто-то убил ее сына? И убийца двадцать семь лет назад ушел от ответственности?
Конечно, Анне следовало бы сказать, как есть: у нее полно дел гораздо более важных, чем старый несчастный случай со смертельным исходом. Но она все еще скрывала от Агнес, почему они здесь. “Внутреннее расследование считает, что я имею отношение к папиной смерти”. Естественно, это ее тайна. И она сделает все, чтобы избежать следующего вопроса.
Поэтому Анна удержала лицо. Решила просто радоваться тому, что они разговаривают и ей не надо каждую секунду быть начеку.
— Посмотрим. Кстати, тебе удалось узнать, где каменоломня?
Агнес кивнула.
— Я спросила у одной девочки в поезде, она живет в Мёркабю. Она говорит — третий съезд налево, если ехать из Энглаберги. Там будет неширокий волок и шлагбаум.
— Хорошо. Тогда, может, съездим туда в выходные?
Когда они приехали в Табор, было уже темно, и над дверью горел фонарь. Из прихожей донесся энергичный приветственный лай Мило, и Агнес побежала было к двери, но растерянно остановилась.
— Смотри, — сказала она и указала на крыльцо.
Там лежал мертвый кролик с взрезанным, зияющим животом.
Алекс помог Джо поставить мотоцикл на самом берегу, так, чтобы фара освещала воду. От яркого света по скалам пошли призрачные тени, когда они с Бруно побежали вниз по тропинке, в плавках и с полотенцами через плечо. За ними следовала Карина — с видом еще более кислым, чем обычно. Ясно почему. Карина утратила статус самой красивой девочки в компании, и ее это задевало.
Холодный ночной воздух заставил вздрогнуть даже Алекса. Джо, который затеял всю эту историю с ночным купаньем, пока еще не разделся. Стоял у самой кромки воды на плоском камне, который они называли пляжным, в углу рта косячок, и светил фонариком. Задержал луч на Карине. Алекс все еще не разобрался, что он думает по поводу Джо. Джо угостил их травой и ездит на мотоцикле — это здорово, но Алекс никак не мог избавиться от чувства, что парень издевается над ними. К тому же ему не нравилось, как Джо смотрит на Карину. Но теперь Алекс наконец увидел возможность произвести впечатление на эту красотку, сестру Джо. Он поглядывал на Таню с той минуты, как она тут появилась, — она казалась ему похожей на одну девушку из клипа “Whitesnake”. Алекс быстро шагнул раз, другой — и кувыркнулся прямо в темную воду. Следом нырнул Бруно.
— Давай, Джо! — позвал Алекс. Джо присел на корточки и попробовал воду рукой.
— Черт, холодная. — Он поднял взгляд на Мари, которая, пошатываясь, спускалась по тропинке. — А другие не будут купаться?
Мари покачала головой, стащила с себя кофту, джинсы, сбросила обувь и прыгнула в воду прямо в трусах и лифчике. Через несколько секунд к ней присоединилась Карина.
— Посвети мне, Джо! — Алекс вылез из воды и начал взбираться по скале. Джо направил на него световой конус.
— Слезай, Алекс, в темноте же опасно! — крикнула Карина — ребята вылезли из воды и нашаривали полотенца. Алекс взбирался все выше. Он остановился примерно на полпути к самому высокому уступу, с которого сегодня уже прыгал.
— А выше слабо? — спросил Джо, но Алекс притворился, что не слышит. Ему, конечно, охота произвести впечатление на Таню, но он же не дебил.
— Барабанная дробь!
Алекс шагнул на уступ, глянул вниз, на плато: Таня, как он и надеялся, подошла к краю. Он несколько секунд постоял, желая удостовериться, что она не сводит с него глаз.
— Опа! — крикнул он и прыгнул, снова сложившись ножиком. На этот раз вышло не так чисто, перестарался. От холода перехватило дыхание — он показался намного острее, чем днем.
Через пару секунд Алекс вынырнул, убрал волосы с глаз и нетерпеливо взглянул на край плато. Таня исчезла. Магнитофон затих.
— Что за фигня с музыкой? — заорал Алекс.
— Таня выключила, — сухо сказал Джо. — Я же говорил, гитаристы — ее конек. Послушай! — И он поднял палец. С плато доносились голоса Симона и Тани. Снова та же песня.
— I’ll see you by the waters. The dark and lonely waters.
Алекс тихо выругался, в несколько быстрых гребков подплыл к плато и выбрался из воды. Карина не глядя швырнула ему полотенце. Мари, стуча зубами, пыталась натянуть кофту.
