Осенний любовник полностью

Руби-Mayнтинз в Неваде интересовали меня всегда. Эти горы – настоящий оазис на пустынном Западе. Оставшись в стороне от основных путей миграции в XIX – XX веках, место это не слишком влекло переселенцев, устремлявшихся дальше на Запад, хотя здесь множество рек и ручьев, озер, по берегам которых можно было строить ранчо. О Руби-Маунтинз очень мало написано.

Уединенность Руби-Маунтинз привлекла немногих, но эти немногие сумели оценить необыкновенную красоту дикой природы. То были разные люди: одни скрывались от закона, другие бежали от мира, становились отшельниками, третьи догоняли свою мечту. Они строили дома близ ручьев и речушек, сбегавших с гор, возделывали землю, разводили скот.

Однажды мне довелось увидеть Руби-Маунтинз и изумительное Руби-Марш – Красное болото, и я сразу поняла – я должна написать об этой земле, о мужчинах и женщинах, воплощавших в жизнь собственную мечту.

Роман «Осенний любовник» посвящен этому удивительному месту, а также мужчине и женщине, очень сильным, умеющим по-настоящему любить. Я придумала своих героев, но не землю, на которой их поселила, она так же реальна, как и моя любовь к ней.

Элизабет Лоуэлл.

– Я слышал, вам нужен человек, владеющий оружием.

Голос из темноты испугал Элиссу Саттон, сердце отчаянно забилось, но она надеялась, что ее лицо не выдало страха.

Незнакомец возник, из ниоткуда, без предупреждения, бесшумно, как тень.

Девушка посмотрела на мужчину, стоявшего возле крыльца. Свет из окон не падал на него, и силуэт оставался темным. Из-под широкополой шляпы смотрели глаза, похожие на прозрачно-черный хрусталь. Они ничего не выражали, как и все лицо.

«Зимний ветер показался бы теплым по сравнению с его взглядом», – с легким волнением подумала Элисса, прикусив нижнюю губу.

Следом за этой мыслью возникла другая: «А он неотразим. Почти красавец. Другие мужчины на его фоне – мелюзга».

Элисса нахмурилась. В общем-то она никогда не обращала особого внимания на мужчин. Да и кто попадался на ее пути?

Сыновья титулованных англичан – бездумные моты да еще моряки, солдаты, ковбои, пастухи, повара…

Или налетчики.

С тех пор как Элисса против дядиной воля вернулась в Америку, в эти горы, она насмотрелась на бандитов. Ранчо Лэддер-Эс – самое отдаленное в Руби-Маунтинз. Сюда устремлялись старатели, искатели кладов, скрипели колесами фургоны с поселенцами – они катили за своей мечтой в Орегон. Бандиты охотились за всеми.

Самыми страшными из всех налетчиков были Калпепперы.

«А этот, похоже, сможет противостоять банде Калпепперов. Но как избавиться от него после того, как он избавит нас от них?»

– Ну так как, мисс Саттон? – спросил незнакомец низким голосом.

Заговорив, он вышел на свет, будто почувствовав ее неуверенность из-за того, что она его не видит.

– Я думаю, – сказала Элисса.

Девушка затягивала молчание, откровенно изучая незнакомца. И пыталась понять – осмелится ли принять вызов, исходивший от мужчины?

Во рту Элиссы пересохло. Она облизала губы и глубоко вздохнула, потом сосредоточила свое внимание на незнакомце, вынырнувшем из темноты. Господи, ну что за безрассудные мысли лезут в голову, она просто должна принять решение – может ли доверить ему свое ранчо и его обитателей.

Густые прямые черные волосы спускались до шеи. Загорелое лицо. Лучики морщинок разбегались вокруг глаз – видно, ему много приходилось бывать на ярком солнце. Аккуратные темные усики подчеркивали красивый рисунок рта.

Черные брюки и куртка от портного видали виды, но были чистыми и аккуратными. Светло-серая рубашка, поношенная, но хорошо выстиранная, как влитая сидела на крепкой фигуре, обтягивая широкие плечи и узкую талию. Выцветший платок свободно болтался вокруг шеи.

За спиной мужчины стояла лошадь, перебирая ногами и негромко фыркая.

Не отрывая взгляда от Элиссы, мужчина потянулся назад и левой рукой ласково потрепал животное по холке, не снимая перчатки. Правая рука, без перчатки, по-прежнему лежала на шестизарядном револьвере. Как и одежда, оружие было не новое, но хорошо вычищенное.

Несмотря на тяжелый взгляд и подчеркнутую, нескрываемую мрачность, незнакомец ласково обходился с лошадью, и Элиссе это понравилось. Многие мужчины на Западе обращались с животными так, будто те не чувствовали боли – ни от шпор ни от плети. «К примеру, Микки. Я бы давно выпроводила с ранчо этого спесивого дурака, по мне нужна каждая пара рук. И сейчас еще больше, чем когда-либо».

Лошадь незнакомца подвинулась, и в полосу света попало седло. К нему была прикреплена зачехленная винтовка и, похоже, дробовик, тоже в чехле, по другую сторону седла.

Ни на седле, ни на оружии никаких серебряных украшений, вообще ничего, что могло бы, сверкнув на солнце, выдать себя.

Что-то вроде скатки шинели офицера-конфедерата приторочено к седлу. Ранг незнакомца Элисса не могла определить, поскольку и на шинели не было никаких знаков отличия.