Ошибка полностью

Закрыв дверь одной рукой, я подвожу её к столу. Она отчаянно сжимает мою рубашку, и мне удаётся оторвать свои губы от неё, но только для того, чтобы снять её окровавленную рубашку через голову. Схватив за край рубашки, я стягиваю её с неё. Длинный фиолетовый шрам извилистой линией тянется вдоль её живота, заставляя мой пульс учащённо биться. Я сглатываю и снова впиваюсь в её губы. Она ударяется ногами об стол и опускается на него. Я не должен этого делать, но не могу сопротивляться порыву. Эта женщина, как героин — может убить вас, но стоит этого чёртового риска. Она неуклюже пытается расстегнуть мою молнию и стянуть джинсы по бёдрам.

— Это чертова ошибка, — стону я в её губы, сдергивая её спортивные штаны.

— Всё, связанное с тобой, ошибка, — говорит она, царапая ногтями кожу от моей шеи к плечам. Чёрт побери!

Исследуя ртом её шею, я упиваюсь её запахом. Сняв с меня боксёры, она так сильно сжимает и поглаживает мой член, словно он принадлежит ей. Я развожу её бёдра в стороны, сметая телефон и бумаги со стола.

— Я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не станешь такой же неправильной, как и я, — рычу я в ответ.

Она толкается в меня бёдрами, разрешая моему члену проникнуть в неё. Вздохнув, я толкаю её на стол и прижимаю руки у неё над головой. Я прижимаюсь к её груди, и мои руки, словно змеи, скользят по её телу. Я не смогу продержаться три секунды, в течении которых мне нужно будет сорвать с неё трусики. Поэтому я отодвигаю их в сторону, и толкаю свой член в её тугую мокрую киску. Издаю стон, когда она сжимает меня, и запрокинув голову, жёстко впиваюсь пальцами в её бедра.

— Чёрт, женщина, — шиплю я, глубже вонзаясь в неё и задерживая член внутри неё.

Тепло. Влажно. И чертовски туго. И если я начну двигаться прямо сейчас, то потеряю свой долбаный контроль.

Она ёрзает подо мной, выгибая спину и хватаясь за край стола. Я так сильно вонзаюсь в неё, что с каждым моим толчком, её тело скользит по столу. Каждый раз, когда я двигаюсь в ней, она двигается со мной.

— Чёрт, — стону я, и обернув вокруг неё руки, тяну её вверх.

Она тяжело дышит.

— Что ты… — выдыхает она.

Я перевожу взгляд на её трусики, хватаюсь за край и рву их на ней. Никогда ещё я не нуждался в женщине так отчаянно. Все запреты уходят на задний план. Здесь нет ничего, кроме примитивной потребности.

— Я не могу трахнуть тебя достаточно глубоко таки образом, — объясняю я, стягивая её со стола и поднимая.

Она оборачивает ноги вокруг моей талии, пока я жёстко и глубоко вдалбливаюсь в неё. Она стонет, запрокинув голову и впившись ногтями в мои плечи, и издаёт громкий сексуально-опьяняющий стон, пока ресницы дрожат. Я прокладываю дорожку из поцелуев вниз по её шее, покусывая, и с каждым укусом она ещё сильнее впивается в меня ногтями.

— Скажи мне, что чертовски этого хочешь, Тор, — требую я, яростно врезаясь в неё.

Всё, что она делает — это стонет, и я замираю, прижимая её к себе настолько сильно, насколько могу. Она ёрзает на мне, пытаясь получить освобождение. Сделав несколько шагов, я прижимаю её к стене так, чтобы она не смогла двигаться. Будь я проклят, если не получу то, что чертовски хочу.

Я выгибаю бровь и выжидающе смотрю на неё.

— Чёрт, скажи мне.

Но она только смотрит на меня. Это чёртова пытка быть в ней, чувствовать, как она сжимает меня, но не иметь возможности двигаться.

— Просто скажи это! — рычу я.

Она борется со мной, трётся об меня бёдрами, а я вжимаю её сильнее в стену.

— Скажи мне.

Она встречается со мной взглядом и хватается руками за мой затылок, притягивая моё лицо к себе.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня так, словно заплатил за меня.

Я начинаю толкаться в неё, чертовски сильно прижимая её к стене. Через несколько секунд она уже кричит, цепляясь за меня, словно я забираю у неё грёбаную жизнь. Её киска засасывает мой член, и я чувствую, как каждый мускул в моём теле сжимается. Когда у меня на лбу появляются капельки пота, я пытаюсь ухватиться пальцами за любую часть её тела, зарываясь лицом в её шею, и стону, кончая в неё.

Она медленно опускает ноги на пол, и мы стоим, испачканные в крови человека, который пытался её убить, потные, запыхавшиеся и прижимающиеся друг к другу. Схватив её за подбородок, я заставляю посмотреть на меня.

— В следующий раз, когда ты меня ударишь, я ударю тебя в ответ. Никогда не испытывай мой чёртов лимит.

Она вырывает подбородок из моих рук, отталкивая меня от себя.

— Я могу простить тебе моё удушение, но если ты ударишь меня, то тебе придётся спать с одним открытым глазом, — она хватает спортивные штаны и натягивает их на себя без нижнего белья.

Я рассматриваю её, надевая джинсы.

— Не смей меня бить, и не будешь волноваться ни о чём таком.

— Не будь придурком, и я не буду тебя бить, — фыркает она, натягивая на себя грязную рубашку.

Без лифчика её соски отчётливо видны сквозь тонкий материал, и она выбегает из офиса, откинув взмахом руки почти шоколадного цвета волосы.

Я быстро шагаю в коридор.