Идти было недалеко, в порт. Там в полуподвале за массивной дверью была устроена таверна с искусно стилизованной атрибутикой зловещего пиратского притона. Бочки, канаты, изрезанные дубовые столы, обрывки парусины, страшные портреты по стенам... Однако голодным туристам не следовало опасаться пьяных дебошей. Обстановка в ■* притоне* была тихая, мирная, чинная. А как тут кормили!..
Князь устроил спутницу за столом.
— Я возьму, пожалуй, буйабес. Очень советую, не пожалеете. — Он сделал знак гарсону, и тот подлетел стрелой, даром что был в ботфортах на высоких каблуках. — Два буйабеса по-провански, много хлеба и... — он посмотрел па даму, та кивнула, — бутылку белого анжуйского...
— Момент, — поклонился гарсон и как на крыльях полетел в сторону кухни.
— Самое время для правильного буйабеса, — глянула по сторонам Кейс. — Только, князь, не будет ли тяжеловато на ночь?1
Народу в таверне было относительно мало. Морские волки, видимо, не захаживали сюда, а туристы предпочитали шикарные рестораны и казино.
— Этот буйабес, уверяю вас, можно есть не только на ночь, но и посреди ночи. Причём даже брачной, — усмехнулся князь и указал на гарсона, уже возвращавшегося с подносом. — Амброзия, пища богов. Кстати, Кейс, вам говорили, что вы похожи на Диану?
На подносе стояли необъятные миски с бульоном, щедро сдобренным томатами и анисом, огромное блюдо с варёной тёмной и белой рыбой, глубокие плошки с пикантным соусом *руй* и баррикады чесночного
> Буйабес — замечательное творение Прованса, насчитывающее многовековую историю. Во многом близок нашей донской ухе, но использует морскую рыбу, мидии и креветки Рыба иарнтгл на очень сильном огне, причём не просто в бульоне, а в суспензии бульона и оливкового масла. Изначально буйабес был вгчерией пищей рыбаков, на его приготовление шла рыба, которую не удалось продать днем.
хлеба[22]. Казалось, съесть это всё обыкновенному человеку не под силу.
— Я полагаю, — потянула носом Кейс, — плоха та брачная ночь, во время которой служат не Эроту, а Мамоне...1 Или я, — глянула она с улыбкой на князя, — снова глубоко не права?
— Благодарю. — Князь жестом отпустил гарсона, лично разлил вино и возвратил улыбку Кейс. — Конечно же, вы правы, ибо трижды не прав тот, кто спорит с женщиной... За вас! За вашу красоту, за нашу встречу!
Белое анжуйское было выдержанным и терпким, хрустальные бокалы — вместительными, рифлёными и прохладными.
И надо ли говорить, что буйабес был действительно выше всяких похвал.
Постепеюю с гастрономической темы разговор перешёл к более серьёзным вещам, и вот тут оказалось, что мисс Хеши, помимо прочих достоинств, обладала, оказывается, ещё одним редкостным даром.
Она умела слушать.
