— Ба, но ты же… — я в очередной раз пыталась ей объяснить, но она меня перебила.
— Нет, Кира, обещай. Ты должна уехать. А обо мне не думай, всё хорошо будет. Ты слышишь, детка?
— Слышу. Я очень постараюсь сдержать обещание. — ответила я.
— Ну вот и хорошо, моя девочка. Ты должна меня слушать.
— Ба, я тебя сильно люблю. Возвращайся скорее.
— И я тебя люблю, детка. Очень. Всё обязательно наладится.
Мы попрощались и я только сейчас почувствовала мокрые следы от слёз на своих щеках. Но вместе с тем я улыбалась. Радость от разговора с родным человеком. Её голос успокоил, и уже жизнь не казалась мне такой серой и унылой. Правильно, Кира. Ты не должна раскисать. Ты не должна убиваться по мужчине, который ушёл и который не оценил. Он того не стоит. Самое главное, чтобы близкий человек поправился и был рядом, а остальное мелочи жизни.
Уже несколько дней я безвылазно провожу в кабинете родительского дома. Куча бумаг, договора, соглашения, сертификаты, отчёты. Сейчас я пытался изучить и вникнуть в то, на что благополучно забивал хрен всё это время. А зря. Информации столько, что мой и без того воспалённый мозг просто начинает кипеть. Если честно, я немного поменял мнение о своём отце. Чтобы разбираться во всём этом, надо быть реально умным. Не говоря уже о том, чтобы построить на этих знаниях успешный бизнес и возвести такую компанию.
Несколько раз звонил Ракицкий. Информировал меня о том, как проходит расследование. Антипенко проверяет всё и всех. Пока ничего конкретного, но какие-то зацепки в этом деле всё же появляются. Что же, я надеюсь, что это дело будет распутано. Хотя, радости испытывать много не придётся. Цена будет высокая. Два процента акций. Это, конечно, огромная сумма. Но сколько бы Львович не заплатил, эти деньги не покроют потерю контрольного пакета. И поэтому мне снова придётся принимать сложное решение, которых в последнее время итак хватало. В дверь постучались.
— Стас, можно? — спросила мать, поворачивая ручку.
— Конечно, проходи. — слегка улыбнулся я.
— Ты снова целый день здесь просидел. Надо и отдыхать. — сказала она и присела на диван. — И вообще, ты только о компании думаешь. А как же клиника? Ты же обещал. И ещё, я обязательно поеду туда с тобой.
— Хорошо. Я всё помню. Я обязательно займусь здоровьем в ближайшем будущем, правда. Просто надо сейчас изучить ключевые моменты.
— Там всё плохо, да? — спросила вымученно мать. — Неужели Серёжа мог так поступить?
— Конечно, сейчас ситуация сложная. Но мы во всём разберёмся. Я не верю в то, что отец так подставил и нас и компанию. — уверенно произнёс я.
— Ты правда так считаешь? — с надеждой спросила она.
— Конечно. Почему ты ждёшь от меня иного мнения?
— Просто твои с ним отношения…они были весьма сложными. — пыталась она подобрать слова.
Я с силой сжал кулак. Я прекрасно знал, что она имеет в виду.
— Наши личные взаимоотношения никак не связаны с нынешней ситуацией. Если смотреть объективно, то он был отличным бизнесменом и руководителем. — высказал я своё мнение.
— Да…бизнесменом. Но и отцом он тоже был…хорошим. — с грустью произнесла она.
Повисла тишина. Мне хотелось бы сказать что-то ободряющее, чтобы порадовать мать. Но я не мог так быстро поменять себя и забыть все обиды. Мы молчали несколько минут.
— Мам, скажи. Почему ты терпела его измены? Почему прощала? Почему не уходила от него? Ты же могла забрать меня и просто уйти. Ты боялась, что мы останемся без денег? Ты думала, что я буду устраивать истерики, если бы после такого достатка мы стали жить проще?
Я знал, что своими вопросами делаю ей больно. Знал, что бередил старые раны. Но почему-то именно сейчас я осознал, что хочу это понять и закрыть этот гештальт.
— Ох, если бы я просто боялась остаться без денег, всё было бы намного проще. — вздохнула она, встала с дивана, подошла к окну и обняла себя за плечи. — Я любила его, Стас. Я просто…просто очень сильно любила твоего отца.
И снова несколько минут тишины.
— Может ты меня и не поймёшь. Да меня и многие не поймут. Даже мои собственные родители не приняли мой выбор. Сергей им никогда не нравился. Да ты и сам знаешь, как твои бабушка и дедушка относились к нему. Поэтому мы с ними практически не общаемся. Но я выбрала чувства. Мы не выбираем, кого любить. Да и он…он тоже меня любил. У нас всё было взаимно. У нас же не всегда были сложности. У нас было много счастливых моментов. Он очень ждал твоего появления. Он любил тебя, Стас.
Я встал, подошёл к матери и обнял её. Так оказывается приятно быть рядом с ней. Почему ты не делал этого раньше, Зотов?
— Мам, ну ты же понимаешь, что у любящего мужчины не может быть в постели больше одной женщины? — спросил я и положил свой подбородок ей на макушку.
Она задумалась, затем развернулась и внимательно посмотрела мне в глаза.
— Стас, я не знаю, где ты был это время, но ты стал другим. С тобой что-то произошло. Поделишься? — спросила она.
— Может позже я расскажу тебе обо всём. Но не сейчас.
