Твои способности проявились всего месяц назад. Есть шанс, что им пока ничего не известно. Но тебе нужно быть очень осторожной. И, боюсь, в конце концов, тебе придётся сделать выбор — нейтральной тебе вряд ли удастся остаться. Хотя, если наши конкуренты ещё о тебе не знают, а ты с этой минуты перестанешь пользоваться своими паранормальными способностями, то шанс есть. (Тебе лишь придётся всё время себя контролировать). Хотя для нашей Организации это будет большая потеря.
— Но я ещё школьница, — решилась возразить Ангелина.
— Для нас твой возраст не имеет значения. Дар — имеет, возраст — нет. Все мы в обычной жизни разные люди — студенты, служащие, пенсионеры… но для Организации мы — солдаты.
— Я не понимаю, что мне придётся делать? — дрожащим голосом пожаловалась Гелька, что прозвучало, как "что вы от меня хотите?", и Егор умоляюще посмотрел на Учителя.
— Я говорил вам, она ещё маленькая.
Ангелина чуть было не возразила, что она уже не маленькая, но вовремя прикусила язык. Ответ Сергея Петровича её поразил.
— Учиться, для начала. Учиться пользоваться своим даром, — пояснил он. — И учиться выполнять маленькие, но ответственные задания. Главной трудностью будет сохранить твоё существование и наши уроки в тайне. Можно что-то придумать: например, дополнительные занятия по физике с репетитором, ха-ха, кстати, недалеко от истины.
— Но вас легко рассекретят! — возразил Егор.
— А формально она станет не со мной заниматься, а здесь с тобой. Ну, а я буду незаметно приходить.
Гелька схватилась за голову.
— Постойте! Вы так говорите, как будто я согласна, а я не согласна. Для меня всё это — слишком!
— Девочка моя! (Ты пей чай). Ты ещё не поняла, что ты уже в игре? Поверь, лучше быть на правой стороне. Но выбор — за тобой.
— Ничего подобного! Вы сами сказали, что есть ещё третий вариант — я могу просто избавиться от своего дара.
— Избавиться? — вскричал Егор. — Да я готов любую руку отдать за возможность уметь делать то, что…
Учитель остановил его движением руки.
— Конечно, ты можешь. Достаточно просто им не пользоваться долгое время. Дар можно развить, а можно запустить и похоронить. Но речь идёт о судьбе человечества. Подумай о своих родителях и друзьях, если мысль обо всём человечестве для тебя слишком абстрактна… Прости, я и так был слишком многословен — теперь дело за тобой.
Он сел в кресло возле книжной полки и устало потянулся. Ангелина, оттягивая решающий разговор и пытаясь скрыть панику, отхлебнула из своей чашки. Егор пил чай, сидя на своей кровати и поглядывая на неё. Девочка осмотрелась: под окном стоял письменный стол с компьютером, учебниками и конспектами — обычная картина, напротив — дверь, рядом с ней — платяной шкаф, а у противоположной стены — кровать с тумбочкой, ну, и книжная полка с креслом — вот и всё. Что приятно, на окне были шторы.
Ангелина подошла к письменному столу и выглянула в окно. Из окна виднелся козырёк над входом в общежитие, рядом с которым стояла одинокая машина. "Жигули". Бежевые.
Что это?
Что-то оборвалось и упало у Гельки в груди, оставив болезненное тянущее ощущение. Она оставила на столе недопитую чашку и искоса взглянула на людей, находящихся в комнате. Двое мужчин со знакомыми голосами — теперь она понимала, где слышала эти голоса!
А на кровати, небрежно брошенная коричневая замшевая куртка. Осознание действительности безжалостно обрушилось на девочку — это они, её похитители! Сама пришла. Как глупо! Но Егор! Она же своими глазами видела его "светлое" нутро! Неужели она ошиблась? Хотя, что она об этом знает? Ярость боролась в ней со страхом: спасаться или, вопреки здравому смыслу, наброситься на них и в лицо высказать всё, что она о них думает?
— Что с тобой? — с тревогой спросил Егор, проследив за её вперившимся в куртку взглядом. Гелька взяла себя в руки.
— Ничего. Я пойду, ладно? — она очень старалась, чтобы в её голосе не прозвучали умоляющие нотки. Мужчины искоса переглянулись.
— Мне нужно подумать. Я тебе позвоню… или ты мне… созвонимся.
Ангелина неторопливо приближалась к двери и уже взялась за её ручку, когда оторопевший Егор воскликнул:
— Подожди, я тебя провожу!
— Нет-нет, не надо! Я сама! Я, наверное, ещё зайду кое-куда.
— Тебе нельзя ходить самой по улице, разве ты не поняла?
Гелька истерически усмехнулась — похитители собираются провожать её домой, чтобы с ней ничего не случилось.
— Нет уж! До свидания.
Она вышла, вздрогнув при виде выглянувшей экзотической физиономии, схватила в охапку куртку и выскочила за дверь. Едва не заблудившись в путанных коридорах здания, Гелька быстро вышла на улицу, но не успела зайти за угол, подальше от гнезда злодеев, как её нагнал Егор.
— И всё-таки я тебя провожу.
Подозрительно оглянувшись на машину, не обращая на предателя внимания, Ангелина поспешила к проходу между зданиями, за которыми виднелась оживлённая улица. Здесь ей было не так страшно, зато сильнее стала одолевать злость.
