"Тянет, — хмыкала про себя Ангелина, корябая что-то на листочке, — надо же такое сморозить! Ну, это же Нюся — кроет правду-матку!.. Стоп! Правдой здесь и не пахнет!" Гелька с дрожью передёрнула плечами. Всё-таки Нюся со странностями, как ни крути, но доверять меньше она же ей от этого не станет, хоть заяви та, что Гелька и Гитлер — самая чудесная пара.
Листик закончился, и Ангелина придвинула к себе второй. "Условие у третьей задачи какое-то некорректное, — мелькнула несуразная мысль, — …что-то там… ага, в таком случае необходимо рассмотреть и другой возможный вариант решения". Она продолжала писать, формулы с готовностью всплывали в памяти. Странно, в учебнике, как будто, она такие не встречала…
— В чём измеряется ускорение? — прошипела краем рта Янка.
— В метрах на секунду в квадрате.
— Что в квадрате?
— Секунды.
Ангелина пришла в себя. Что она пишет? Перед ней четыре исписанных листочка. Что же это, она решала, не соображая, что делает? Звонок резанул по ушам, нетерпеливо подгоняя отставших.
— Сдайте работы! — учитель начал собирать листочки, ходя между рядами. — Не забудьте подписать.
Гельке захотелось закричать: подождите, я не знаю, что я тут наделала! Лихорадочно просматривала она, написанные собственной рукой задания: цифры, дразня, прыгали перед глазами, словно смеясь над её рассеянностью. "А волновая функция здесь причём?" — успела возмутиться Ангелина, и листочек уплыл от неё в руки преподавателя.
— Ты всё написала? — толкнула её в бок Янка.
— Не знаю. — Гелька потёрла лоб.
— Я на тебя смотрю, а ты строчишь и строчишь, строчишь и строчишь, а я только тот кусочек перекатала, который из рукава высовывался!
— Ты ничего не выучила?
— Да выучила, только так мне кажется надёжнее. Тебя вечно нет, делать нечего — сижу дома, жду звонка и уроки делаю.
Девочки принялись собирать сумки.
— Он звонил?
— Да, сегодня! — Янка вся засветилась. — Он обещал меня в школу проводить, но сегодня не смог, зато завтра — точно!
Ангелина грустно улыбнулась: везёт Янке — такая любовь!
Кстати, если подругу теперь до школы станет провожать кавалер, она сама сможет добираться более быстрым способом.
— Ян, прикроешь меня? Я ухожу.
— Как, уже? Я тебе хотела столько рассказать!
— К врачу бегу — надо же выяснить, что с глазами. Скажешь что-нибудь: медсестра, тра-ля-ля… отпустила, ладно?
— Ладно, — недовольно протянула подруга. — А после школы опять к своим физикам побежишь?
— Не знаю, но если не побегу, обязательно зайду!
К туалету на третий этаж Ангелина позвала с собою Нюсю — покараулить.
— Может, пойдёшь к нему со мной? — сдрейфила она на пороге.
— Тебе же в форточку назначено, — улыбнулась Нюся.
— Да… ну, ладно. Ой! — у Гельки снова звонил телефон. Девочки шмыгнули в туалет, чтобы поговорить.
— Ангелина! — узнала она сердитый голос Учителя. — Мы же договаривались не выключать телефон!
— Извините, мне пришлось: в школе им нельзя пользоваться. (На контрольной по физике, Гелька, от греха подальше, выключила его сама.)
— Не важно, — Сергей Петрович был чем-то раздражён. — Настрою тебе вибросигнал и буду слать "эсэмэски", но чтобы связь была! Так вот! После школы отправляйтесь сразу к Егору — он вас встретит…
— Н-но, — перебила его Ангелина, — мне придётся добираться из поликлиники…
— Что случилось?
— Я полурока смотрела, как Егор физпрактикум проводит…
— Дерьмо! Прости. Нам нужно было ещё вчера с этим разобраться, но ты не жаловалась… Ладно, не теряй время. Тогда, скорее всего, Нюсю встретит Егор, а тебя я сам перехвачу.
— А-а, — начала было Гелька, собираясь сказать: "А можно, я с Егором пойду?", но не решилась. Учитель отключился.
— Хотела с Егором идти? — спросила проницательная Нюся.
— А ты? — что-то дрожало внутри у Гельки, как натянутая струна. Нюся пожала плечами.
— Хороший парень, но я знаю, что он тебе нравится, и он встречается с аспиранткой с истфака. Наверное, её зовут Саша.
— Что? Откуда ты знаешь? — Ангелина позабыла, что она куда-то собиралась и зачем они здесь вообще.
— Не знаю, откуда я знаю, — безмятежно откликнулась Нюся. — Как-то увидела их вдвоём, и мне показалось, что ей подходит имя Саша.
— Александра… — задумчиво прошептала Ангелина, вспоминая увиденное сегодня лицо. — Может быть…
— Ты не опоздаешь?
— Ой, извини, это ты из-за меня опоздаешь! — она чмокнула подругу в щёку, надела куртку и закрутилась.
Борис Витальевич сидел, оперев подбородок на руку, у себя за столом и следил, как Ангелина раскручивается, приобретая телесные очертания. При этом она старалась не выпустить из рук вырывающийся рюкзак.
— Вы с поклажей путешествуете? Забавно. Присаживайтесь, — указал он ей на кушетку. Гелька покосилась на Солар, угрожающе помаргивающий в изголовье, и поставила на кушетку рюкзак, присела было на кончик стула, но тут же вскочила — она была слишком возбуждена, чтобы усидеть на одном месте.
— Так что с вами случилось? — Полетаев, как обычно, въедался в неё пристальным взглядом, поэтому Ангелина начала рассказ, обращаясь поочерёдно, то к своим сапогам, то к настольной лампе.
