— Все в порядке, обед спасен… отчасти. Кто говорит?
— Это Ида. Я рада за твой обед. Как дела?
— Плохо. В личной жизни — как в пустыне. Диета не действует, потому что я все равно продолжаю поглощать мороженое. А мой редактор — черт бы побрал этого скупердяя — решил сэкономить сто тысяч на накладных расходах и заставляет меня работать за троих!
— Значит, все как обычно, — рассмеялась Ида.
— Нет, личная жизнь хуже обычного. А как у тебя дела? Так приятно слышать твой голос. Ты до сих пор во Флориде, с этим слизняком Полом? Я ожидала, что он еще несколько недель назад вернется в свое родное болото.
У Клары был хороший вкус, и она разбиралась в людях. Она знала Пола еще по колледжу, и ничто не способно было убедить ее в его порядочности.
— Да, я все еще здесь, и Пол тоже. Болота на горизонте пока не видно.
— В какой ты гостинице? Подожди, сейчас я возьму карандаш.
— Вообще-то, с сегодняшнего дня мы живем в доме Алана Хорна.
— Вы оба? И Пол тоже? — переспросила удивленная Клара.
— Так удобнее. Но мне бы очень хотелось, чтобы Пол прекратил теребить свои усы и играть мускулами, пытаясь убедить меня, что он привлекательный мужчина.
— Дорогая, бесполезно желать невозможного. — И без всякого перехода, что сбило бы с толку человека, незнакомого с ее стремительной скороговоркой, продолжала: — Когда это произошло? Ваше вселение в дом Хорнов, я хочу сказать.
— Сегодня утром, часа два назад.
— А кого-нибудь из аборигенов ты уже видела? Они настроены дружественно?
— Я виделась с Аланом Хорном. Я сказала бы, что он испытывает противоречивые чувства — и рад бы признать меня дочерью, но желает получить неопровержимое доказательство.
Ида услышала, как Клара с шумом втянула в себя воздух.
— Хочешь совет женщины, два раза стоявшей на краю пропасти?
— Нет. Но уверена, что он все равно последует.
— Ты права. Возвращайся домой, моя дорогая. Сегодня. Сейчас. Через пять минут.
— Клара, ты же знаешь, что это невозможно…
— Грегори скучает по тебе. Не стоит отказываться от своей чудесной налаженной жизни ради того, чтобы заработать для Пола шальные деньги.
Ида невесело рассмеялась.
— Я очень польщена, что твой кот меня не забывает, но даже ради достопочтенного Грегори я не могу сейчас вернуться. Пока нет.
— Все же не слишком мешкай. Твои цветы катастрофически вянут. Я все забываю поливать эти несчастные создания.
— Напиши себе на листочке памятку и прикрепи к холодильнику, — сказала она. — Предупреждаю тебя серьезно, Клара, если ты погубишь мои бразильские фиалки, считай, что с нашей дружбой покончено.
Что означало:
— Очень суровые условия, но я постараюсь изо всех сил. — Клара заговорила с удвоенной энергией: — Кстати, я слышала, что Хорны хвастаются новой великолепной кухаркой. Ее зовут Ева Крюгер. Следует повсюду за Аланом, из дома в дом.
Неужели они наконец обнаружили одну из любовниц Алана? — подумала Ида. И Кларе удалось разузнать постыдную тайну, которую проморгала пресса?
— Буду иметь в виду, — сказала она вслух. — А неплохо попробовать для разнообразия блюда с кухни гурманов.
— Давай не будем говорить о еде. Ты забыла, что я на диете? У нас тут уже три дня идут дожди. А как погода в солнечной Флориде?
— Жара, — коротко ответила Ида. — Надеюсь, что выдержу.
— Хотела бы я знать, что ты там делаешь? — Клара внезапно понизила голос: — Объясни, ради Бога, зачем ты согласилась остаться у Хорнов? Дорогая, ты уверена, что это безопасно?
Ида моргнула. Это уже не по сценарию. Да и весь разговор вышел за рамки их предварительной договоренности.
— Ты очень хорошо знаешь, что я здесь делаю, — сказала она. — Пол познакомился со мной у тебя в гостях. Тебе известен наш разговор, ты знаешь, почему он убедил меня вернуться домой и потребовать наследство.
Она могла без опаски говорить все это, даже если ее и слушали. Она не скрывала, где они встретились с Полом. Но никто — ни Пол, ни даже Клара — не догадывались, что она целых две недели прилагала немалые усилия, чтобы устроить эту «случайную» встречу на одной из Клариных вечеринок, пользовавшихся скандальной славой.
— Ошибаешься. Я не знаю, зачем ты туда поехала, — возразила Клара. — Знаю лишь то, что ты мне рассказала. Но в этом нет никакого смысла. Я только пытаюсь убедить себя, что в твоих словах есть хоть некоторая доля правды.
Ида взволнованно встала, чувствуя, как желудок сжался от нервного спазма. Она прошлась взад и вперед вдоль дивана.
— Клара! Я очень рассчитываю на тебя. Я… не могу объяснить тебе все, но мне будет нужна твоя помощь еще в течение двух недель, чтобы довести дело до конца.
— Да, знаю. — Наступила напряженная пауза. — Что же, мы подруги, значит, ты ее получишь.
— Спасибо! Скоро я смогу рассказать тебе больше.