Клео и Клод жили не так уж далеко друг от друга, но регулярно обменивались письмами. Бывшая танцовщица вышла замуж за… мужчину. Она сообщила об этом Клод, прислав формальное уведомление, к которому приписала:
Она рассказывала Клод о своей дочери-подростке, которая сурово осуждала работу матери в «Диамантель», поскольку тамошние ревю «воспроизводили патриархальные нормы». В конце этой фразы Клео поставила многоточие. Послушать ее, так Клод и Клео, сами того не желая, травмировали сотни женщин.
Не раз речь заходила о том, что надо бы встретиться, но они так и не встретились.
И вот сегодня, впервые за время их знакомства, Клео не получит в свой сорок восьмой день рождения поздравительную открытку.
На следующий день Клод все-таки удалось подключиться к интернету, и тут выяснилось, что все письма в ее почтовом ящике стерты. Она написала Клео: компьютер решил стереть всю их переписку Разве это не лучший подарок на день рождения? Начать все заново?
ФАМИЛИЯ: *
ИМЯ: *
Антон нерешительно водил курсором по странице.
ЧЕМ, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, ВАШЕ СВИДЕТЕЛЬСТВО МОЖЕТ НАМ ПОМОЧЬ?
Курсор метался по странице, словно стрелка бесполезных весов, не способных склонить Антона к тому или иному решению. В почтовый ящик упало письмо от тетки. Тема: «Среда?»
До последнего времени Антон виделся с ней только в дни рождения, на Рождество и Пасху. Тетка с ее толстой задницей и кожей цвета молочного шоколада, не знающей румян, мало походила на остальных его родственниц, одинаково накрашенных и одинаково предпочитающих носить лифчики, увеличивающие грудь, заметные под футболкой. Тетка присутствовала на всех домашних сборищах, но не принимала участия в разговорах, даже самых невинных. Она была настолько инфантильной, что порой Антону казалось, будто она крадет его возраст. Если Антона хвалили за его успехи, то тетка отличалась полным отсутствием достижений, ценимых в семье; выше всего котировались материнство и престиж, а у нее не было ничего: ни детей, ни диеты, ни своего парикмахера, ни стремления сделать карьеру. Она работала продавщицей в цветочном магазине, потом секретаршей у ветеринара, записалась на заочные курсы по психологии и общественным наукам. Каждая ее попытка заканчивалась неудачей, хотя никто не знал почему: то ли она уходила сама, то ли ее выставлял за дверь работодатель, которому надоело, что ее вечно нет на месте. И правда, она «цепляла» все: микробы, вирусы, прострелы.
Когда Антон был маленький, семья на неделю собиралась в августе в доме на берегу озера. Тетка хватала ключи от машины и укатывала на целый день в неизвестном направлении. Возвращалась к ужину; они слышали, как хлопала дверца холодильника. Отклонив приглашение садиться к столу, она уходила к себе в комнату с тарелкой бутербродов с маслом. По ночам, когда Антон вставал в туалет, он находил ее сидящей с ногами на диване; на полу рядом с ней стоял чайник; она читала. Пока он медленно выбирался из детства, тетка плыла из юности в зрелость.
Семь лет назад ей было сорок, и у всех проснулась надежда: у тетки «кто-то появился». Если они с этим Робином не будут тянуть, у нее еще есть крохотный шанс забеременеть. Но ничего из этого не вышло, и родственники восхищались самоотверженностью Робина: оставаться с женщиной, не способной родить ребенка, почти ничего не зарабатывающей и вдобавок «не следящей за собой», – вот это называется любовь!
Робин только отмахивался: детей ему хватало в коллеже, где он заведовал воспитательной работой. И гордился тем, что его жена возглавляет в фейсбуке группу волонтеров ассоциации «Права животных – Иль-де-Франс» и немедленно отвечает на каждое обращение.
Как будто у нее на платье была прореха или не поддающееся чистке пятно. За ней тянулась
Но в семье Антона имелась
