– Сайрен, – перебил тера лорд Горн. – Все формальности – после. Леди Эвелин нельзя волноваться. Ты меня понимаешь?
Он так посмотрел на служащего, что тот сжался и стал меньше ростом.
– Хорошо, Ваша светлость, – достав платок и утерев вспотевший лоб, закивал Сайрен и повернулся ко мне. – Прошу за мной, леди Каллеман.
Я оглянулась на герцога, он кивнул, подтверждая, что все в порядке, и я припустила за служащим. Тот торопливо семенил по коридору, на ходу уворачиваясь от идущих навстречу людей, и беспрестанно утирал лоб большим клетчатым платком. Странно. Чего боится Сайрен? Или правильнее спросить, кого?
Мы свернули направо, прошли еще одним бесконечно длинным коридором и спустились вниз, в подвал, охраняемый двумя стражниками, застывшими у входа. Я с удивлением разглядывала мрачные каменные стены. Вот уж не думала, что окажусь в самой настоящей тюрьме! Низкие темные своды, сырой затхлый воздух, тяжелые металлические двери, закрытые на странного вида запоры – под Департаментом внутренней безопасности находилась настоящая темница.
– Сюда, пожалуйста.
Сайрен прошел мимо стражи и повел меня вдоль длинного ряда дверей. Количество запоров на них говорило само за себя. Похоже, здесь содержали самых опасных преступников. Но при чем тут Каллеман?
– Минуточку – остановившись возле одной из дверей, сказал Сайрен. Он снял с шеи небольшой брелок, поочередно коснулся им многочисленных задвижек, и те с тихим царапающим звуком расползлись в стороны, открывая небольшое зарешеченное окошко.
– Лорд Каллеман, к вам посетительница, – громко сказал Сайрен.
За дверью послышался шум. Я торопливо подошла ближе и увидела мага. Тот застыл по ту сторону, разглядывая меня из-за железных прутьев решетки своим обычным недовольным взглядом. Слава Единому, хоть что-то в этом мире остается неизменным! Выглядел маг откровенно плохо – измученный, бледный, с темными кругами под глазами и с потрескавшимися, обметанными белым налетом губами. Ему что, даже воды не дают? Ужас какой!
Сердце зашлось жалостью.
– У вас пять минут, – сказал Сайрен и деликатно отошел в сторону, позволяя нам поговорить.
– Зачем пришла? – приблизившись к самой решетке, тихо спросил маг. – Кто тебя впустил?
– Меня лорд Горн провел. Вы обещали вернуться еще вчера, и я волновалась, а герцог мне помог.
Я во все глаза смотрела на мага, пытаясь унять ставшее таким чувствительным сердце. Оказывается, это больно, видеть свободного и властного человека за решеткой. Все равно, что горного орла в клетке.
– Не нужно волноваться, Эвелин, – хмыкнул Каллеман, и его губы искривила знакомая усмешка. – Со мной все в порядке.
Я только головой покачала. Где уж в порядке?
– У вас снова был приступ? – рассматривая запекшуюся в уголке губ кровь, спросила мага и вцепилась в прутья решетки. – Или… Они вас били?
В памяти всплыли услышанные в детстве рассказы о Черной страже, и внутри все похолодело.
– Лорд Каллеман!
– Тихо. Успокойся. Никто меня не бил, – маг накрыл мои пальцы своими, и слегка сжал.
И в этот момент мне показалось, что они совсем не такие холодные, как обычно.
– Все, Эви, выдыхай. Вот так, – Каллеман нахмурился, но так и не отпустил мою руку. А я замерла, ощущая это прикосновение всем телом, впитывая эту невольную ласку, и мечтая о том, чтобы Каллеман как можно дольше не отпускал мои пальцы. Увы. Мое желание в очередной раз не сбылось.
– Как Ида? – отстранившись, спросил маг.
– Леди Горн говорит, что хорошо.
Я заглянула в сумрачные глаза. Неужели я когда-то боялась в них смотреть? Так глупо. Сейчас я готова была смотреть в них, не отрываясь.
– Лорд Каллеман, а в чем вас обвиняют?
Каллеман молчал.
– Милорд?
Я снова вцепилась в решетку и подалась вперед, почти касаясь прутьев губами.
– Это что-то страшное?
– Мне приписывают несколько убийств, в том числе, и нападение на Иду.
Я растерялась. Минувшей ночью, ворочаясь без сна в ставшей неудобной постели, я чего только не передумала, но это… Глупость какая-то! Зачем Каллеману нападать на Иду?!
– Но ведь это неправда. Вы же никого не убивали! И Иду не трогали!
В черных глазах мелькнул странный отблеск.
– Я сегодня же побеседую с девушкой, она должна рассказать, кто ее изувечил! – торопливо сказала я и тут же запнулась. – Ох, только она говорить не может. Ну, ничего, как поправится, обязательно все расскажет.
Я пыталась говорить бодро, но внутри все обмирало от отчаяния. Как же так? Что за нелепые обвинения? И почему маг не смог их опровергнуть?
– Эвелин, послушай меня, – Каллеман придвинулся к самым прутьям. – Не лезь в это дело. Я со всем разберусь.
Да уж, вижу я, как вы, милорд, разобрались! Нет, я этого так не оставлю. В груди вскипало никогда раньше не испытанное чувство. Всю жизнь я только и делала, что смирялась с обстоятельствами, подстраивалась под них в попытке выжить, молчала и ждала, но сейчас… Сейчас во мне что-то сломалось. Или, наоборот, исправилось? Этого я не знала, но твердо знала одно – маг никого не убивал, и он не должен сидеть в тюрьме!
– Эвелин! – в голосе Каллемана прозвучало предупреждение.
Видимо, муж прочитал мои мысли. Он ведь умеет?
