– Разве я не обещал? – продолжал Босуэлл. – Я дал слово, что не забуду о вашей жертве. Но вашего Роба было трудно найти. Пришлось опросить многих людей. Прошу прощения за задержку.
– Однако вы лично явились сюда, – сказала женщина. – Теперь мы тоже хотим кое-что предложить вам.
– Вы уже сделали это.
– Я имею в виду что-нибудь на память о нас… о нем. Он бы хотел этого.
В голой маленькой комнате не было ничего ценного. Но потом Босуэлл посмотрел на собак.
– Что это за порода? Они как будто из одной шерсти.
– Это скайтерьеры, очень злые псы, верные только одному хозяину. Как ни удивительно, они хорошие охотники, хотя по ним этого не скажешь. Скоро у нас будут щенки.
– Их бы я и хотел получить, – решительно сказал Босуэлл. – Двух, одного для меня, другого для моей матери. Кобеля и сучку, чтобы хватило на развод.
Его голос повысился, и Мария поняла, что он действительно хочет получить щенков и по-настоящему знает и любит собак. Еще одна неожиданная черта его характера.
– Это ваша жена, леди Босуэлл? – неожиданно спросил мужчина, почтительно поглядывавший на Марию.
– Нет, – на лице Босуэлла промелькнула довольная улыбка, едва заметная в тусклом свете. – Сегодня мы просто отправились прогуляться вдвоем.
– Графиня беременна? Молюсь о том, чтобы она подарила вам наследника.
– Нет, но я благодарен за ваши молитвы.
Женщина налила Марии в глиняную миску половник супа, и она сделала глоток. Суп оказался водянистым, лишь со слабым привкусом капусты и ячменной крупы. Как выживают эти люди? Она благодарно кивнула и выхлебала все до дна. Питье согрело желудок, но не утолило голод.
Допив свой бульон, Босуэлл попрощался с хозяевами.
– За мной еще остается должок, – сказал он после того, как они снова поблагодарили его за золото.
Луна уже взошла, когда они отправились через холмы и болота к Тракуэру. За ними еще догорал закат, а луна впереди заливала местность призрачным белесым сиянием. Туман поднялся выше по склонам холмов.
Мария вдруг очень устала и теперь гадала, хватит ли ей сил на обратный путь, который, вероятно, будет гораздо более медленным в темноте и тумане. Но в то же время чувствовала отрешенность от своего усталого тела и хотела, чтобы эта прогулка никогда не заканчивалась. Ей хотелось всегда скакать за Босуэллом по этим опасным местам, время от времени останавливаясь и удивляясь своему желанию быть вместе с ним, слышать его голос, смотреть на него.
Но он ехал впереди, не замедляя ход и не оглядываясь.
«Он не хочет, чтобы это продолжалось, – подумала она. – Ему не так нужно быть рядом со мной, как мне с ним».
Ее охватило такое неистовое желание, что сначала она была потрясена, а потом пришла в замешательство. Это не походило на все, что она когда-либо испытывала и к чему была готова: странная смесь душевного влечения, благоговения и физического томления, которую нельзя описать такими словами, как «голод» и «желание». В то же время она испытывала к нему покровительственное чувство, как будто уже обладала им даже до того, как познакомилась с ним. Он был как будто предназначен ей, отделен от остальных и ожидал своего часа.
«Если бы он только оглянулся и посмотрел на меня!» – подумала она. Она страстно желала, чтобы он сделал это. Но Босуэлл не оглянулся.
Они подъехали к Тракуэр-Хаусу так поздно, что луна, полускрытая за облаками, находилась почти прямо над головой. Туман окутал дом, и лишь факелы и горящие свечи за окнами направляли их во двор.
– Что-то я устал, – Босуэлл со вздохом перекинул ногу через седло, спрыгнул на землю и вручил поводья мальчишке-конюшему. Он быстро пошел к парадному входу, не дожидаясь Марии.
«Такой бесцеремонный и пренебрежительный тон, – подумала она. – Однако если я прикажу ему остановиться, то он послушается».
– Подождите, – наконец произнесла она и направилась к нему. – Не спешите.
Удалось ли ей сделать так, чтобы ее просьба не прозвучала слишком властно или жалобно? Она подошла ближе и посмотрела на него, в то же время пытаясь скрыть это. Каким было выражение его лица? В тусклом свете трудно было судить об этом.
– Эта прогулка многое значила для меня, – сказала она, поравнявшись с ним на крыльце. Он издал короткий смешок. – Но я хочу узнать еще больше. Вы возьмете меня с собой в следующий раз?
– Если хотите, я организую это. В следующий раз мы можем взять часть моего отряда, и вы познакомитесь с моими союзниками. Вам понравятся Сердитый Джон и Арчи Перекати-Поле…
«Нет! Только не другие люди! – мысленно воскликнула она. – Я устала от других людей, устала постоянно находиться в чужой компании. Я хочу находиться наедине с вами…»
– Нет, я думаю, будет неуместно спрашивать о том, что меня интересует, в обществе ваших людей.
– Как пожелаете, – он повернулся к двери и направился в свои покои.
– Вы не поужинаете с нами? – спросила она.
– Я поем у себя, – ответил он и исчез в коридоре.
– И ты тоже, – сказал Дарнли, неожиданно появившийся из-за угла. – Остальные поужинали несколько часов назад.
Он оглядел ее с головы до ног и пожал плечами:
– Я беспокоился. Я думал, что ты могла попасть в беду.
