Она даже не понимала, хочет она этого или нет. Все произошло так внезапно, что прежняя жизнь, с прогулками с подружками в парке, областными соревнованиями, английским казалась такой далекой, словно ее вообще не было. Ее также пугало, что ей всего 16, а она уже вот-вот станет матерью. Вся ее молодость, самые ранние годы будут отданы ребенку, и она даже не представляла, как это будет. Не хотела пока об этом думать.
Марк перестал писать ровно тогда, когда Ольга Романовна пошла разбираться со Столетовыми. Но Ксюше было не до него. Она даже радовалась, что не нужно ничего ему объяснять.
Один из скринингов показал, что они ждут дочку. Тогда они с бабушкой купили пирожные и попили чай в честь этого. Агриппина Михайловна даже позвала Ольгу Романовну, и та действительно пришла, но лишь накричала на дочь в очередной раз и предсказала, что ту тоже ждет такая судьба.
— Я стану бабушкой в 39, а ты, вестимо, в 32, если не раньше! — нахально заявила она перед тем, как уйти. Хорошее настроение Ксюши мгновенно улетучилось, а бабушке пришлось долго ее успокаивать.
Экзамены после девятого класса Ксюша сдавала дистанционно — она была уже на восьмом месяце, ей было тяжело передвигаться. Все дни экзаменов бабушка куда-то уходила на весь день. Когда экзамены закончились, бабушка показала, за чем она уходила.
Перед Ксюшей предстали маленькие распашонки и чепчики, пеленки и клеенки, памперсы и даже маленькая кроватка. Бабушка с нежной улыбкой смотрела на внучку.
— Как же ты так… бабушка… — Ксюше было нечего сказать, она знала, что у ее бабушки не такая большая пенсия. Та словно поняла смятение девушки и пояснила:
— Из гробовых взяла, не волнуйся, мне пока помирать рано, раз такая новость. Надо же девочку встречать уже.
Ксюша кинулась бабушке на шею и шептала слова благодарности. Она не представляла, как бы она прожила этот период без нее.
Потянулись дни ожидания результатов экзамена. Ксюша понимала, что уже не пойдет в десятый класс, но хотелось, чтобы хотя бы эти девять классов были окончены хорошо. Результатов она не дождалась — за день до них ее стали мучить схватки, и бабушка спешно повезла ее в больницу.
Всю ночь Агриппина Михайловна ждала новостей от двух внучек — Ксюши и второй, которая пробивала себе дорогу на свет.
Влада родилась здоровенькой и пухлой малышкой. Ксюшу вместе с ней выписали через три дня. Молодая мама еще не привыкла к ребенку, но уже нежно полюбила его.
На выписке их встречала только бабушка. Ольга Романовна даже не пришла — не посчитала нужным. О дочери она в целом старалась не вспоминать.
Уходом за ребенком занимались и Ксюша, и Агриппина Михайловна. К счастью, Влада была спокойным ребенком и почти не шумела. Больше всего мучений было, когда у нее резались зубки. В остальное время это был тихий младенец, который только улыбался и приносил радость своим родственницам.
Ксюша, видя, что у них не так много денег, решила выйти на работу. Рядом с их домом в магазинчике как раз искали продавца, и Ксюша попробовала туда обратиться. Начальник сперва не хотел брать девушку, только окончившую школу, но она убедила взять ее на полставки. Ксюша стала работать с восьми до трех.
В это время бабушка как раз уже бодрствовала и была готова посидеть с правнучкой. Так они и жили, все шло почти хорошо, хоть и многого не хватало.
Идиллию разрушила мать, появившаяся на пороге.
Ольга Романовна возникла на пороге совсем неожиданно. Ее никто не звал, и Ксюша очень удивилась, когда увидела ее в глазок. Но она открыла дверь и уставилась на женщину.
— Дай пройти, не топтаться же мне на пороге, — одернула ее мать. Ксюша посторонилась, не говоря ни слова, и женщина прошла в квартиру.
Агриппина Михайловна в это время готовила смесь для Владочки
Ребенок лепетал что-то, лежа в своей кроватке. Ольга Романовна брезгливо посмотрела на внучку и обратилась к матери.
— Ну здравствуй, мама. Подкинули тебе нового ребенка, значит?
— Не старайся меня задеть, — мудро произнесла женщина. — Зачем пришла, Оля?
— Ксюша уже взрослая, к тому же, ты ее спонсируешь, — перечислила Ольга Романовна. — Ребенка вы вдвоем, видимо, тоже потянуть можете. Я решила, что меня здесь больше ничего не держит. И я отсюда уеду.
— И куда ты собралась? — равнодушно спросила Агриппина. — Надеюсь, ты не ждешь, что я буду тебя останавливать.
— В Екатеринбург, — заявила женщина. — Из нашего города туда ехать пять часов на машине, как ты знаешь, так что видеться мы почти не будем. Моих нравоучений тоже больше ни ты, ни Ксюха не услышит.
— Езжай куда захочешь, — раздраженно ответила бабушка. — Мне нет до этого дела. Ты ничем нам за это время не помогла.
— Что ж, если это все, что ты можешь мне сказать, — отлично, — заключила Ольга Романовна. — Ксюша, у тебя тоже нет слов?
— Удачи тебе, мама, — прошептала девушка.
