— Бог обретёт сознание независимо от того в гармонии ли ты с вероятностью или нет. Бог управляет средними величинами, а не отдельными индивидуумами. Твоя краткосрочная выгода от вклада в сознание Бога — это меньше проблем в твоей повседневной жизни, меньше стрессов, больше счастья. Стресс это причина всех неудач. Он проявляется по-разному, но всегда имеет одну общую причину. Стресс это результат борьбы с вероятностью и конфликт между тем, что ты делаешь, и тем, ты должен делать, чтобы жить счастливо внутри вероятности.
— Это слишком упрощённо, — сказал я. — Иногда причина стресса от нас не зависит. Скажем, член семьи умер от старости. Это стресс, но ты ничего не можешь с этим поделать.
— Стресс не может быть исключён из твоей жизни. Но ты можешь снизить его уровень путём соблюдения гармонии с вероятностью. Тебе будет легче пережить смерть любимых, если ты правильно распорядился имуществом и осознанно готов к неизбежному. Если ты был для многих хорошим другом и оставался близок свой семье, потеря будет смягчена. Если ты позволишь себе забыть прошлое вместо того, чтобы пытаться вернуть умершего к жизни, или сожалеть, что мог бы сделать многое по-другому, тогда твой стресс будет ниже.
— А есть ли жизнь после смерти? Стоит ли заботиться только об интересах этой жизни, или ждать чего-то и после неё? — спросил я.
— Со временем всё, что возможно, случится. Это фундаментальное качество вероятности. Если ты будешь подбрасывать монетку достаточно долго, в конце концов выпадет тысяча орлов подряд. Так что всё возможное будет происходить снова и снова пока существуют осколки Бога. Куча осколков, которые составляют твоё тело и разум, однажды распадётся, но твоя версия появится снова в будущем, по чистой случайности.
— Вы хотите сказать, я реинкарнирую?
— Не совсем. Я говорю, что копия твоего разума и тела случайно возникнет в отдалённом будущем. И то, что ты делаешь сейчас, может либо облегчить жизнь твоей копии, либо сделать её более трудной.
— А почему это я должен заботиться о своей копии? Это будет уже другой человек.
— Эта разница — всего лишь иллюзия. В твоей текущей жизни, каждая клетка твоего тела уже много раз умирала и была заменена новой. В твоём теле нет ничего, с чем бы ты родился. В нём нет ничего первоначального, одни лишь запчасти, поэтому по всем меркам, ты уже являешься копией своей предыдущей версии.
— Да, но мои воспоминания остаются со мной. Моя копия в отдалённом будущем не будет иметь моих воспоминаний и чувств, которые составляют мою жизнь, — сказал я.
— В будущем будет много твоих копий, не только одна. Жизни некоторых будут схожи с твоей, с похожими воспоминаниями и чувствами. Копии будут отличаться от тебя только теоретически, а не практически.
— Одна вещь, которая мне нравится в вашем подходе к Богу, это лёгкость следования правилам. Всё, что я должен делать это способствовать вероятности.
— Иногда это легко, — сказал он. — А иногда будет тяжело выделить правильные вероятности. Сегодня, в новостях рассказывали, что подростки, которые публично заявляют об отказе от секса, имеют больше успеха в воздержании, по сравнению с теми, кто не заявлял об этом. Что бы ты заключил о вероятностях из этой истории?
— Очевидно, публичное заявление помогает. Оно увеличивает твои шансы.
— Возможно. Или может быть те подростки, которые хотели воздержаться, были единственными, кто был согласен публично признать это. Или может быть подростки, которые сделали публичное заявление с большей вероятностью потом врали о частоте своего секса. Вероятность простая, но не всегда очевидная штука.
Некоторое время старик молча раскачивался в кресле. Затем посмотрел на меня и улыбнулся.
— Большую часть времени ты одинок.
Он был прав. Мне нравилось быть одному. У меня были друзья, но я всегда был счастлив вернуться домой.
— Как вы об этом догадались? — спросил я.
— Твои зрачки расширяются, когда я говорю об идеях.
— Да?
— Есть два типа людей в этом мире, мой юный друг. Один тип интересуется людьми. Когда они беседуют, то говорят о людях — что люди делают, что кто-то сказал, или что кто-то чувствует. Другая группа интересуется идеями. Когда они беседуют, то говорят об идеях и концепциях.
— Должно быть, я человек идей.
— Да, это так. И это создаёт проблемы в твоей личной жизни, но ты не понимаешь почему.
— Это очень самоуверенное заявление. Что заставляет вас думать, что у меня проблемы в личной жизни? — должен признать, он был прав. У всех есть какой-нибудь изъян в личной жизни, но для меня этот изъян стал практически определяющим принципом.
Он продолжил:
— Люди идей, как ты, скучны даже для других людей того же типа.
