– Мне расхотелось ходить куда-то с друзьями, а потом расхотелось делать хоть что-нибудь. Единственное желание – плыть по течению и чтобы от меня все отстали.
В колледже, куда он все-таки поступил, у него началась очаговая алопеция – облысение.
– Волосы выпадали клочьями, и я не знал, что делать. Потом сестра сказала мне, что я похож на Юла Бриннера, и я смирился.
Эта история закончилась благополучно: Стивен закончил магистратуру, получил ученую степень по психологии. Сегодня он работает в школе консультантом по профориентации. Он бреет голову, чтобы не видна была лысина, и старается почаще улыбаться.
– Мои родители подарили мне знание о том, чего
Исследования по сокращению количества нервных клеток в пубертатный период и до него, когда ребенок подвергается стрессу, помогают объяснить причины депрессий и неврозов во взрослой жизни. Согласно информации Национального института психиатрии (
Миалгическим энцефаломиелитом (синдром хронической усталости) в шесть раз чаще страдают те, у кого было не слишком счастливое детство.
Миалгическим энцефаломиелитом (синдром хронической усталости) в шесть раз чаще страдают те, у кого было не слишком счастливое детство.
При этом заболевании нарушается баланс нейропептидов и, как следствие, мозг теряет способность контролировать жизненно важные функции организма. Специфические участки мозга, включая гиппокамп и миндалевидное тело, воспаляются, что влечет за собой грозные последствия.
Миллионы людей по всему миру страдают депрессией и тревожностью, многие не могут выбраться из болота угнетенного настроения. Это не просто пессимисты: большинство из них – жертвы семейного насилия или просто равнодушия взрослых.
У каждого своя история, но какой бы она ни была, она снижает установку на благополучие, приносит эмоциональные страдания, которые не утихают со временем. Негативный опыт детства – это диагноз, и можно с уверенностью предсказать, что, став взрослыми, такие как Лора, Кэт и Мэри будут бороться с перепадами настроения, тревожностью, грустью, ничем не обоснованными страхами.
Это своего рода порочный круг: хронический непредсказуемый стресс запускает неадекватную активность микроглии; микроглия убивает нервные клетки и порождает состояние нейровоспаления; важные участки мозга теряют тонус и объем; синаптические связи ослабевают; разлад «настроек мозга» нарушает мыслительные процессы и с большой вероятностью приводит к негативным мыслям, реактивному поведению и тревогам. Сверхтревожный напуганный мозг вырабатывает все больше гормонов стресса; нейровоспаление, как это сформулировала Маргарет МакКарти, «становится неконтролируемым процессом».
– Что такое реактивное поведение? – спрашиваю я.
– Это когда человек не руководит своими поступками, а слепо следует своим реакциям, – отвечает МакКарти. – Такие люди не могут рационально размышлять о том, что происходит вокруг них. И они почти все воспринимают негативно.
Эмоциональные события нашего детства определяют алгоритм функционирования нашего мозга и тела. Мы берем с собой из детства абсолютно все, что предлагает нам реагирующий на раздражение мозг. Если картинка запечатлевается отрицательная, психически и физически мы будем ощущать себя плохо. Состояние нейровоспаления, порожденное стрессом, означает, что мы будем легко выходить из себя и нервничать по пустякам. От этого будут страдать наши отношения с другими людьми. Мы будем видеть обиду там, где ее нет. Мир будет раздражать нас, и наши шансы на здоровую и стабильную жизнь с каждым годом будут стремительно сокращаться.
И что же, ничего нельзя предпринять, чтобы удалить оставленные негативным детским опытом отпечатки?
Когда ученые больше узнали о том, как негативный детский опыт перестраивает нашу биологию, они пришли к выводу, что мы можем вмешаться в этот процесс.
– Прелесть эпигенетики в том, что она обратима, – говорит МакКарти. – К счастью, наш мозг гибок. Существует множество путей для иммунной реабилитации мозга. Мозг может сам себя восстанавливать.
