Осколки детских травм. Почему мы болеем и как это остановить полностью

В исследовании продолжительностью двадцать пять лет ученые наблюдали мальчиков (потом уже мужчин) с девяти до тридцати трех лет. К окончанию исследования у многих появились собственные семьи. Мужчины, чьи отцы равнодушно относились к воспитанию или же были жестоки к своим сыновьям, сами были предсказуемо плохими родителями. Если в детстве их отцы вели себя враждебно, угрожающе или, как я уже сказала, равнодушно, если они не принимали активного участия в жизни сыновей, то мальчики еще в детском возрасте испытывали серьезные проблемы в общении. У них были сложности в отношениях с учителями и сверстниками, они не шли на контакт. У них было меньше позитивных связей со всеми, и в результате они часто попадали в дурные компании таких же изгоев, как и они. Потом, когда у них появились собственные семьи, они не могли стать эффективными родителями, и их дети вели себя хуже других детей.

Дурное воспитание, или отсутствие воспитания, или неправильные акценты в воспитании ведут к нестабильным любовным отношениям во взрослой жизни, как это произошло с Джоном. Если ребенок находится вне позитивного влияния в лице родителей, он априори не может нормально взаимодействовать с людьми, не может быть счастливым, уравновешенным и успешным.

Истории, подобные истории Джона, понятны. Но абсолютно новым в нашем понимании того, как наследуется семейная дисфункция, является теория, что негативный детский опыт вызывает биологические изменения в мозге детей и именно эти изменения делают их менее способными стать нормальными партнерами и хорошими родителями во взрослой жизни.

Семейная дисфункция и семейные утраты становятся нейробиологическим наследием.

Это подобно цепной реакции: если наши родители остро на все реагировали, то и у нас больше шансов остро реагировать на, казалось бы, пустяшные проступки. Мы можем легко стать несправедливыми родителями по инерции, мы можем легко нанести психологический шрам своим детям, а они – своим.

Подтверждение этому можно найти в популярных фильмах, романах и пьесах. Например, многие произведения Ибсена и Чехова показывают, что травмирующие отношения в детстве ведут к травмирующим отношениям во взрослой жизни. Мы признаем тот факт, что хронический непредсказуемый стресс в детстве способен изменить нас, и это делает истории и судьбы вымышленных персонажей такими убедительными.

Когда мы вырастаем, не сформировав надежную связь, мы не будем иметь способность любить. Как пишет исследователь семейных связей Луи Козолино, выживают не самые приспособленные, выживают те, кто рос в абсолютной родительской любви: «Кого больше лелеяли, баловали в детстве, у того больше шансов выжить».

Как правило, взрослые люди с проблемными отношениями, меняя партнеров, продолжают допускать одни и те же ошибки. Их мотивация основана не только на эмоциях, но и на биологии. Женщина, которая устраивает скандал по любому поводу и первому, и второму, и третьему мужу; мужчина, который не может прекратить контролировать свою жену, – их мозг просто не получил дозы любви, необходимой для обеспечения жизненно важных нервных соединений, обеспечивающих надежную любовную связь. Они вновь и вновь расшибают лбы о те же грабли (о тот же дефицит любви) на уровне нейробиологии.

Но к счастью, мы можем все исправить. Мы можем восстановить нейробиологические связи, прервавшиеся в далеком детстве, чтобы наконец насладиться гармоничными, несущими радость отношениями.

Признание того, что хронический стресс детских лет приводит к хроническим заболеваниям во взрослом возрасте и проблемным отношениям, не сомневаюсь, принесет вам огромное облегчение. Если вы задавались вопросом, почему вы не ощущаете себя счастливым человеком, почему вам приходится упорно бороться за свое эмоциональное и физическое благополучие, – это «Ага!» окрылит вас. Ведь раньше наверняка было чувство, будто вы плывете против невидимого течения, которое никогда не ослабевает. И вот наконец-то вы видите это течение, которое целенаправленно и стабильно работало против вас всю жизнь. Да-да, прошлое перетекает в настоящее, и трудное детство сменяется не слишком сладкой взрослой жизнью. Как удачно сформулировала Лора, с которой мы познакомились в первой части этой книги: «Теперь я понимаю, почему я всю жизнь чувствую себя так, будто пытаюсь танцевать, не слыша музыки».