– Я всего два года назад поступила на работу во дворец, Виктория. Я, конечно, видела Пастырей… но, обычно, издалека. Я ведь просто горничная и не состою в личном штате кого-нибудь из них.
– Хорошо. Но разве вы… служащие – не разговариваете о работе? Неужели никто не заметил, что еще один Пастырь появился из ниоткуда?
Эфил выглядела совсем растерянной.
– Простите, Виктория, я не понимаю… Я что-то сделала не так?
– О, боже! Конечно, нет. Но ты не слышала каких-нибудь разговоров от более опытных коллег обо мне?
– Как можно! Сплетничать о Пастырях?
Я выдохнула.
– Видимо, мы друг друга не поняли. Забудь об этом.
Я и сама отмахнулась от разговора, от мыслей, от странного ощущения, что Ллур держится с опаской, словно ожидая подвоха с моей стороны. День снова пролетел за книгами. Я даже не обратила внимания, когда Эфил успела упаковать вещи.
Поезд стал замедлять ход, но дорога еще не закончилась: нас ждал следующий транспорт. Шагнув из купе на платформу маленькой станции, я сразу увидела несколько грузовых машин и один автомобиль – специально для меня. Так пояснил подкатившийся семенящей походкой Кнур. Не обращая на него внимания, я подошла к Ллуру, наблюдавшему за погрузкой машин.
– На этом мы доберемся до места раскопок?
– Совершенно верно, госпожа Виктория. Здесь уже недалеко.
– Спасибо за отдельную машину.
– Что вы, – он удивился, – как же иначе?
– Буду рада, если вы поедете с нами.
Он растерялся и точно не обрадовался. Но отказывать Пастырю неудобно. Поклонившись, Ллур пошел со мной. Хотел сесть рядом с водителем, но я попросила занять это место Эфил.
– Раз уж появилась такая возможность: расскажите о лабиринте. Я знаю мало: при строительстве обнаружили древнее строение, которому не меньше тысячи лет, а стены покрыты неизвестными письменами: предположительно это язык Ревеллиров.
– К сожалению, пока дешифровка дает мало результатов. Это осложняется и тем, что, не стены лабиринта покрыты надписями, а плиты, из которых они сложены.
– А в чем разница?
– Раньше эти камни принадлежали другому строению, которое, возможно, стояло на том же месте, и было разобрано в период строительства лабиринта. Расколотые плиты, вперемешку с тесаными камнями местной породы, использовали для возведения стен, не заботясь о сохранении надписей.
– Но почему?
– Очевидно, все делалось в спешке. Возможно, место играло важную роль. Поэтому, кстати, там уже и находилось другое сооружение. Мы не может пока утверждать: был ли это храм или нечто подобное.
– Но такой вывод напрашивается.
– Да.
– Значит, перед нами как бы разорванная на листки книга? Да еще на неведомом языке.
– Есть одна крайне важная деталь. Сам узор лабиринта может сказать о многом. Он сложен, но заблудиться нельзя. На протяжении всего пути, прямо от входа, посередине одной стены идет надпись, высеченная уже после окончания строительства. Эти символы значительно крупнее тех, что первоначально наносили на плиты.
– Нить Ариадны?
– Простите, госпожа Виктория?
– Ох, это я… Неважно. Ну, подсказка, ключ.
– Думаю, дело не в этом. Найти путь к центру можно и без надписи. Скорее, послание от строителей лабиринта.
– Хм. А что там в центре?
– Это тоже любопытно. В середине открытая площадка, приподнятая над землей. Сам лабиринт, можно сказать, в прекрасном состоянии. Но плиты в центре повалены друг на друга, как если бы мощный смерч зародился на площадке и там же стих.
– Этому есть объяснение?
– Я считаю, что все можно понять, – вдруг впервые улыбнулся он. – Если имеешь достаточно терпения и времени. Вот мы и приехали.
Машины остановились. Я нетерпеливо открыла дверь, но, увы: за разговором даже не заметила, как стемнело. Фары освещали импровизированную улицу, вдоль которой стояло несколько деревянных бараков. Некоторые окна слабо светились. Фонарей не было, и ничто не затмевало света звезд, раскинувшегося над нами неба. Ллур проводил нас к небольшому домику.
– Его построили специально для вас. Дом скромный, но строители были ограничены во времени.
– Все прекрасно!
– Чуть позже принесут ужин, а завтра я пришлю мальчика, который будет помогать по хозяйству.
– Благодарю. Не беспокойтесь насчет нашего устройства и не делайте исключений. Мы знали, куда ехали.
– Это большая честь для нас. Утром, в десять часов, состоится совещание: мой заместитель отчитается за прошедшее время, подведем некоторые итоги. Надеюсь, вы присоединитесь.
– Конечно! Значит, до завтра.
– Доброй ночи, госпожа Виктория, – откланялся Ллур.
Мне показалось, или его взгляд действительно потеплел?
Домик, и верно, простой, но, учитывая, что известие о моем приезде они получили максимум четыре дня назад – это подвиг. Несмотря на скромные размеры, здесь было все необходимое: микро-кухня, крошечный душ и достаточно просторная комната. На столе – уютная лампа, на окнах – занавески. Но голые стены немного угнетали. Чтобы освоиться, я, вопреки протестам Эфил, подключилась к разбору вещей и наведению уюта. Едва мы закончили, как принесли поднос с ужином.
