В этот момент Кира исполняет аксель. Самый простой. Она может и лучше, но пока боится. Кира останавливается и встречается со мной взглядом. Я смотрю на нее и не могу оторваться от ее глаз, в которых полыхают огоньки азарта. Она направляется к нам слишком быстро, и я не успеваю обдумать происходящее, сочинить отмазку, почему я тут. Нужно что-то убедительное.
– Ты должна была быть здесь тридцать минут назад, – обращается Кира к Ане, подъехав к нам.
– Прости, там была такая огромная очередь в прокате, – оправдывается Аня.
– И поэтому ты без коньков?
– Мой размер закончился. Тем более что я нашла тебе подходящую компанию. – Аня кивает на меня, а я не придумываю ничего умнее, кроме как улыбнуться.
– Я прекрасно справлюсь и одна, – холодно отвечает Кира, разворачивается и уезжает.
– А теперь иди и исправь все то, что натворил, – произносит Аня, подталкивая меня.
Я быстро переобуваюсь, снимаю куртку и кидаю ее однокласснице.
– Посторожи, я быстро.
– Спасибо, Аня. Не могла бы ты подержать мою куртку, пока я выясняю отношения с твоей подругой? Конечно, Тимур, мне не сложно, – ворчит она, а я устремляюсь вперед к цели.
Кира видит, что я еду к ней, и ускоряется. Но фигуристов учат прыгать, а не конькобежному спорту, поэтому я догоняю ее очень быстро. Пытаюсь ухватить за руку, чтобы остановить, но она ускользает от меня и устремляется в центр катка.
Я догоняю ее, но снова упускаю. Кире начинает нравиться наша игра, и она смеется, ускользая от меня снова и снова. Люди на катке смотрят на нас с опаской. На мне джерси с фамилией, и меня, похоже, узнали. Я специально оставил свитер на себе, потому что мне очень нравится его носить. Никогда бы не снимал.
Кира летит на другой конец катка, когда впереди нее возникает та самая девочка, которая училась ласточке.
– А ты научишь меня так же быстро кататься? – звонко кричит она, и Кире приходится остановиться.
Я догоняю Киру и обнимаю, прижимая спиной к своей груди. Наши сердца бьются в унисон, я чувствую это. Держу ее крепко, не давая возможности вырваться и снова сбежать от меня.
– Попалась, – шепчу Кире на ухо, и она вздрагивает.
– Нечестно! Меня отвлекли, – произносит Кира, разворачиваясь ко мне лицом.
Я смотрю Кире в глаза, она улыбается, но не отступает. «Love is a touch and yet not a touch» – проносится в моей голове. «Любовь – это касаться». Касаться Киры, быть рядом, чувствовать ее дыхание. Не отпускать ни на минуту.
– Ты носишь мой подарок? – спрашивает она, увидев цепочку на моей шее.
Кира осторожно дотрагивается до перекрещенных клюшек, словно те сделаны изо льда. Ее ресницы опущены, хвост растрепался, а дыхание сбилось из-за нашей игры в догонялки. На Кире забавные меховые наушники, жилет и лосины. Она выглядит великолепно.
– Мне кажется, я люблю тебя… – неожиданно вырывается у меня, и я тут же осекаюсь.
Я не хотел признаваться в чувствах вот так, черт. Не в такой обстановке. И не при таких обстоятельствах. Как же сложно держать себя в руках, когда она рядом!
Глаза Киры округляются от изумления. Она отталкивает меня, воспользовавшись моим замешательством.
– Ты что, с ума сошел? – говорит Кира, повышая голос.
– Нет, я серьезно, – отвечаю я в растерянности. А потом решаю, что все это зря. – Прости, у меня вырвалось, – тут же исправляюсь и отворачиваюсь от нее. – Забудь, мне пора, – быстро произношу я и еду к Ане, чтобы забрать куртку.
Это провал года. Вот теперь я окончательно запутался и не знаю, что делать дальше.
– Что это было? – не отстает от меня подруга, пока я переобуваюсь.
После побега Тима и его странного признания оставаться на катке больше не хотелось. Я решила уйти вслед за ним.
– Ты думаешь, я знаю? – отвечаю я, поднимая глаза на Аню. – Тимур… – Но не стала рассказывать все подробности. – Сказал мне кое-что и сбежал.
– На него не похоже, – усмехается она. – Ведь Стрелецкий всегда так уверен в себе.
В ответ я молчу. Потому что совершенно не понимаю, что происходит. Почему Тимур так странно себя ведет и почему он не разговаривал со мной несколько долгих недель?
Что делать дальше? Мы так и останемся немыми соседями, или же мне стоит поговорить с ним? Проигнорировать его чувства или же признаться, что они взаимны? Так много вопросов, на которые я не нахожу ответов.
– Нам нужен горячий чай и дружеская беседа, – обнимает меня Аня. – И тогда мы найдем решение, которое устроит вас обоих.
Подруга словно знает, о чем мы с Тимом говорили, но хочет услышать это от меня. Кому довериться, у кого спросить совета, если не знаешь, что делать, как не у лучшей подруги? Кто еще может посмотреть трезво на ситуацию и здраво оценить происходящее? Для этого и нужны друзья. И мне нужно открыться ей.
В кофейне тепло и тихо. Обычно тут много посетителей катка, но сейчас занято всего несколько столиков. Сумка с коньками лежит на полу, а я пересказываю Ане наш разговор с Тимуром.
– Признался в любви и сбежал? – переспрашивает та, явно не веря своим ушам.
